Саратов – Париж. Авантюрный роман

Прекрати этот разговор, Андрэ… Как я могу, ты же мне друг…

– Ты сопротивлялся, я уверен. Но против нее устоит разве что автомат с газировкой.

Антон вздохнул.

– Она… она… приставала….да, – выдохнул он, словно эта неожиданная исповедь снимала с него тяжелые вериги. – Но… но… я… как автомат с газировкой… я… устоял.

Андрэ недоверчиво хмыкнул.

– Ладно. Мне наплевать. Если ты так переживаешь за свою соотечественницу, я женюсь на ней. На что спорим?…

– На твою картину. На «Герцогиню»…Если ты не женишься на Валентине, как обещал, я возьму ее себе.

Андрэ удивленно посмотрел на Антона. Он колебался. Картина была драгоценной семейной реликвией, последним напоминанием о маме. Отец очень дорожил ею. С минуту он молчал, размышляя, затем медленно произнес:

– Идет! А ты тогда работаешь на меня всю свою жизнь!…

Антон кивнул, ухмыляясь.

Затем после паузы, Андрэ хмуро кивнул в сторону Валентины:

– А теперь я хочу лишь одного. Чтобы ты проваливал сию же минуту.

Андрэ взял под руку растерянную Валентину и моментально исчез в подворотне.

Внезапно его голова вновь появилась у решетчатого забора.

– Значит так… Нужен загранпаспорт на имя Валентины Поляковой. Наличными деньги. И еще. Позвони мадам Вильмон и скажи, что мне нужна женская одежда 44 размера из последней коллекции Валери Дюбуа к четвергу.

– Хорошо, господин Роджери, – с издевкой произнес Антон. – Что еще ты задумал?

«Господи, да он не шутит! – внезапно осознал он, глядя на сверкающие в темноте глаза Роджери.

 – Он и в самом деле решил взять с собой Валентину!»

Он до последнего не верил, что Андрэ в самый последний момент все отменит, но перед ним был совершенно другой человек.

«Задачка оказалась намного проще, чем я думал», – улыбаясь себе, подумал Антон. Он шел по улице Посадского, наслаждаясь ночной прохладой. Где-то вдалеке был слышен грохот припоздавшего трамвая, кажущийся ему неуместным посреди зеленой идиллии.

7.

    Россия. Саратов, май, 2018 г.

– Это не подделка, это копия, и весьма искусная.

Неизвестный художник при дворе герцога Вольфенбюттельского продублировал картину и написал ее повторно. Век тот же, восемнадцатый. Первая половина…

Они сидели в милом французском кафе в центре города, на открытой площадке. Вокруг сновали молодые официантки в черных льняных футболках с надписью «Стажер», но Андрэ впервые в жизни совершенно не интересовали их молодые и загорелые тела. Голос Валентины звучал, словно музыка.