Обновленная планета. Сборник рассказов

 – Садитесь рядом. Не так часто приходится летать за океан вместе с соотечественниками.

Он убрал журналы со свободного среднего кресла и передвинулся поближе к Вадиму.

– Тогда давайте знакомиться, – предложила девушка, усаживаясь на освободившееся место. – Меня зовут Леда.

Молодые люди представились.

– Мы гляциологи, – сказал Сергей. – И путь наш лежит на юг Чили, в Патагонию. Наш научный руководитель проводит там исследования.

– А мой путь – на север, – ответила девушка. – Мне нужно попасть в одну из обсерваторий в пустыне Атакама.

– Вы астроном?! – одновременно воскликнули молодые люди.

– Нет, – улыбнулась Леда. – Меня интересуют тонкие энергии. И давайте для простоты перейдем на «ты».

– А зачем же тогда тебе нужно в такую суровую пустыню? – удивился Вадим.

– Там сейчас работает один наш астрофизик. И ему нужна какая-то необычная помощь.

Из международного аэропорта, где приземлился самолет, Леда улетала дальше первой. Вадим и Сергей проводили ее до выхода на посадку.

– Мы еще встретимся, я уверена в этом, – сказала девушка на прощанье.

Через несколько часов молодые люди улетели в сторону Огненной Земли.

В Патагонии

Николай Михайлович был, как всегда, бодр и подвижен. Каждый ледник был для него неповторимой индивидуальностью, которую он изучал с огромным интересом.

Сергей и Вадим тут же включились в работу. До ледового языка, свойства которого им было поручено исследовать, надо было долго добираться по фьордам.

Язык огромным потоком спускался в воду.

Молодые люди забрали из лодки аппаратуру, предназначенную для дистанционных наблюдений, и поднялись на ледник, чтобы ее закрепить. Когда работы были завершены, они отплыли от берега и остановились напротив языка, чтобы еще раз осмотреться.

То, что произошло дальше, ребята осознали не сразу. Огромный кусок от нижней части языка внезапно отделился и быстро скатился в воду. Но все же они успели развернуть лодку поперек идущей волны, чтобы разрезать ее носом и избежать удара в борт.

Николай Михайлович был озадачен, и даже потрясен.

– Бог с ней, с аппаратурой! – воскликнул он. – Главное – что вы живы. В нашем деле могут возникнуть самые разные неожиданности, но такого схода я не мог предположить. Язык был очень стабилен и перемещался медленно и предсказуемо.

Три кружки с горячим чаем стояли на маленьком раскладном столике. Николай Михайлович вдруг замолчал, удивленно глядя на них.