Беглянка с секретом 2

От их внимания почему-то хотелось поёжиться, как будто меня растирали колючей щёткой, доставая до самого нутра. Удивительно неприятное ощущение, объяснения которому я никак не могла найти. Но женщины ненадолго пропали, а затем принесли ткани и тесьму, резные пуговицы и кружево – чтобы я могла выбрать.

– Мессир де ла Фиер, как я понимаю, не стеснил вас в средствах, нэри? – как бы между делом уточнил портной, явно испытывая надежду, что я с этим соглашусь.

Альдор и правда ничего не говорил мне о том, сколько нарядов я могу заказать и как много могу потратить.

Но мне скорее виделся в этом очередной подвох. К тому же я не собиралась злоупотреблять его показной щедростью.

– Нет, он не ограничивал меня. Но, думаю, трёх платьев и полудюжины сорочек будет достаточно.

Мастер тихо вздохнул.

– Среди этих трёх платьев есть то, что вы наденете на помолвку? – он взглянул на меня исподлобья, наморщив лоб и продолжая перебирать в небольшом сундучке какие-то нужные ему мелочи. Словно лекарь – склянки со снадобьями.

Проклятье Закатной Матери! Альдор что, издевается? Он уже и про помолвку портному сказал? Даже я о ней ещё не знаю. Но насчёт платья мастер оказался прав. Для для помолвки нужно особенное: достаточно простое, чтобы подчёркивало невинность невесты, но в случае с высоким происхождением жениха – сшитое из хорошей ткани. На нём дозволялась лёгкая отделка тесьмой или короткий шлейф – это всё, что я знала о «помолвочных» платьях из тех книг, которые читала ещё в пансионе.

Но сейчас моя голова грозила разорваться от необходимости принять срочное решение.

Похоже, даже имея возможность заказать это платье втайне от меня, Альдор нарочно оставил выбор мне. И тут дотянулся: я даже явственно представила себе его насмешливый взгляд и положенную в таком случае особенную ухмылку.

Мессир Чеботари молчал выжидательно. Я покосилась на него украдкой и вздохнула:

– Нет, платье для помолвки заказывать я не стану.

И даже в висках застучало от понимания, что я сейчас пошла против распоряжения Альдора.

И тут же хлынувшая по телу волна жара спала, когда разум впитал эту мысль. Но, если де ла Фиер и дальше будет считать, что всё может решать за меня, даже в таких мелочах, как платье, моя жизнь рядом с ним даже в роли его жены и вовсе будет невыносимой. Я не смогу сказать ему лишнего слова и останусь на том же месте слегка привилегированной прислуги. Отчего-то мне этого не хотелось. Не хотелось, чтобы он смотрел на меня свысока и дальше.