Истинная в бегах

– Не волнуйтесь, это просто обычное заклинание иллюзии. Ученики постоянно стремятся к тем знаниям, которые им недоступны или даже запрещены, – думаю, это один из экспериментов. К сожалению, Изабель росла без родителей. Она освоится и перестанет так вопиюще себя вести, особенно когда познакомится с вами поближе.

Да как же! Так и перестала! Похоже, мессир Пелиан вообще ничего не знает о том, кто я такая и где на самом деле училась. Это и хорошо, и плохо одновременно. Плохо, потому что знай он это – и близко бы ко мне не подошёл, проблем было бы меньше.

Хорошо, потому что узнай он – вполне возможно, что пожелал бы использовать мои способности в личных целях: моя магия никогда не была в почёте, люди не любят, когда их обводят вокруг пальца, и этим легко манипулировать. Поэтому отец скрывал мои способности с детства, а бабушка отдала в Школу Иллюзий тайно.

– Честно говоря, это было слегка обидно. Я понимаю, что отнюдь не мечта девиц. Но она даже познакомиться со мной не пожелала без эксцессов! – Асберт нервно поправил воротник рубашки, а потом покосился на меня.

 – Он не кусается, надеюсь?

– Нет, что вы! Добрейшей души пёс. Совершенно безобидный и… бестолковый, – с лёгким презрением в голосе ответил Бастиан и махнул на меня, то есть Анкаро, рукой.

Я тихо зарычала, приподняв голову, но вовремя вспомнила, что тем самым только настрою всех против собаки. А она, в конце концов, ни в чём не виновата. Хотя не мешало бы цапнуть этого Бастиана за ляжку, чтобы не зарывался! Да и трусливого Асберта тоже…

– Ничего… После свадьбы я вплотную займусь воспитанием Изабель, если уж в Школе ей не привили понимание того, как нужно вести себя с мужчинами, – пригрозил потенциальный «жених».

 – С теми, кто управляет жизнью женщин.

– Более того, вы получите в приданое старый дом Лавальеров, – бодро добавил мессир Мелес. – Он в отличном состоянии и мог бы стать летней резиденцией. Вывозить туда детишек на выходные – тоже просто чудесно!

Я едва не поперхнулась от негодования.

Какие ещё, к болотному сарргалу, детишки?! Они что, ополоумели оба? От одной только мысли, что передо мной стоит вполне ясная перспектива оказаться в постели этого… этого… борова, мне стало совсем нехорошо. Да я умру на месте, как только он ко мне прикоснётся!

– Мечтаю о детях. Трое! А лучше пятеро! – довольно прищурился Асберт.

Я громко гавкнула от невыразимого душевного порыва.

– Точно! Шестеро! – радостно добавил мессир Пелиан, ткнув в меня пальцем.