Дочь реки

Мужи варяжские, хоть и уроженцы земель суровых, северных, а на гнев и расправу очень бывают скоры.

И как отбыли кмети из Волоцка, так Владивой и вовсе покой потерял. И всё место ему в тереме просторном не находилось.

Одно только отвлекало: дела и заботы каждодневные, от которых не скроешься, как ни желай. Вот и нынче дорвался до него воевода Вихрат. С глазу на глаз потолковать. Но слова его всё мимо проходили, едва цепляясь неким важным смыслом за край разума. И понимал Владивой всё: что остроги вдоль Волани укреплять надобно – хоть куда больше.

И дозоры по руслу и притокам пускать то и дело придётся, чтобы тех, кто решит сунуться туда с недобрым умыслом, сразу ловить. Да разве ж столько людей наберётся? Тогда и остроги пустыми стоять будут.

– Скоро будет, кому ловить, – бросил Владивой, когда Вихрат закончил.

– Это ты что, князь, о том находнике говоришь? – насторожился воевода. – Думаешь, станет он тебе служить, псом у твоей ноги бегать после того, как ты его прогнал?

– Станет, – Владивой поднялся со скамьи и прошёл вдоль длинного и тяжёлого стола в общине.

 – Зря он сюда пришёл на своих лодьях. Неведомо чем прельстился. Теперь только за шкирку его и бери. Никуда не денется.

И он задумался, что и впрямь заставило всегда осторожного старшого речных находников явиться едва не к самому княжескому порогу? Ведь починить струг можно было и в каком другом месте: наверняка такие вдоль русла есть – где можно укрыться спокойно, где поджидать будет еда и кров. Где можно отсидеться и зализать раны.

Но нет, он рассадил по своим лодьям дружинников и женщин – да привёз, как малых детей, домой.

– Смотри. Он всё прошлое лето от нас бегал. Как бы и тут не убежал. Такие, как он, одно говорят, а другое в голове держат, – вздохнул ближник. – Но коль он взялся бы следить за путями русинов по нашим водам, лучшего и придумывать бы не надо. Они ведь каждую речку, каждый приток знают, по которым на стругах уйти можно. Да только…

– Теперь он привязан к Волоцку, Вихрат, – оборвал его Владивой.

 – Вот чую я, что привязан. Да и к семье своей.

– Ты же не станешь людей, которые ни в чём не повинны…

– Стану, если нужно будет. Мне Рарог в друзьях нужен. А в противниках – нет. Мне и русинов достаточно. Не одним путём, так другим от него избавляться надо.

Вихрат замер на мгновение, обдумывая его слова, но не стал больше ничего говорить, зная, что спорить с Владивоем, когда тот в столь скверном расположении духа, себе дороже.