Первая ночь для дракона

Словно позабыл обо мне на миг. Но вдруг очнулся и, одёрнув расправленную тунику с гербом герцога на груди, повернул назад – к окну, выходящему на улицу, что вела прямо к крыльцу постоялого двора. Зыбкий свет посеребрил его лицо и влажные после умывания волосы у висков.

– Да. И я… охотился с ним не раз. Конечно же, сейчас мы не станем ввязываться в схватку. Поднимать шум ни к чему: это небезопасно для вас в первую очередь. Но разузнать как можно больше до отъезда нам нужно. Вы же понимаете…

– Делайте, что посчитаете необходимым.

Только… Будьте осторожны.

Хардвин обернулся ко мне и усмехнулся коротко, приподняв уголок рта. Наверняка он лучше меня знает, чем опасны для драконов их обращённые в сумрак собратья.

– Благодарю за беспокойство. И за вашу расторопность.

– Всё же от неё есть прок, признайте! – Я приподняла подбородок, даже немного гордясь собой.

– Дальше будет видно, – тут же осадил меня вредный дракон. – Идите к себе и не выходите, пока я не разрешу.

Пришлось плестись в свою комнату, где меня уже ждала взволнованная Вига.

Да и весь постоялый двор ощутимо гудел от тревоги, что охватила каждого постояльца. Виданое ли дело – сумеречники с утра! Что они задумали – даже Кригеру самому не известно, потому что у них свои, принесённые с северных драконьих земель боги. А уж если вспомнить о том, как черны их пронизанные мраком сердца, то и вовсе можно считать, что они поклоняются только извергнувшей его бездне.

– Думаете, зачем они приехали, эфри? – беспокойно выглядывая в окно, что выходило на ту же сторону, что и в покоях Хардвина, запричитала служанка.

Я осторожно коснулась покалывающей кожу драконьей метки. Как будто в свою очередь тоже чувствовала того, кто её поставил. Интересно, что он сейчас делает? Вот же зараза какая! Если бы не этот жгучий отпечаток, я и не вспоминала бы о нём – точно!

– Может, просто мимо проезжали и ничего страшного не случится, – попыталась я успокоить девицу.

Хоть сама в том испытывала большие сомнения.

А ну как завяжется драка, несмотря на всё нежелание Хардвина схлёстываться с сумеречниками сегодня?

– Лишь бы его милость не пострадал, – вздохнула девушка, заметно краснея.

Значит, всё же его милость… Фрайгерр? Просто уважаемый рыцарь? Похоже, Вига знала о нём гораздо больше моего.

Ну да, простой служанке плениться мужественным господином очень даже легко. И заметить не успеешь, как сердце начнёт вздрагивать при его появлении.