Первая ночь для дракона

Надо же, какой интриган… Устроил представление – где тут мои мелкие монеты?

– Вы правы, это ещё надо осознать. Но… Учитывая все обстоятельства – и новые тоже, – я сильно сомневаюсь, что радость накроет меня внезапно. И сомневаюсь, что стать достойной матерью для ребёнка дракона – это то, о чём я мечтала всю жизнь.

– Смешно, эфри. Ведь вы не помните свою жизнь. Большую её часть, – уколол меня проклятый ящер.

– Тем более. Думаю, и эту мне захочется забыть.

Дракон неспешно заложил руки за спину, буквально сверля меня угрожающе тёмным взглядом.

Вокруг его зрачков словно разгорались маленькие, глубокие жаровни. И как бы я ни храбрилась, как бы ни старалась сохранить невозмутимо-нахальный вид, а под затылком у меня похолодело.

– Радгис, – вдруг проговорил Хардвин, обращаясь, видно, к дворецкому, – вели, пусть вещи эфри Вурцер вернут в карету. И её можете проводить обратно. Пусть катится… простите, едет домой.

Он степенно повернулся и пошёл прочь. Неожиданно, признаться! Разве он может принимать такие решения? По сути – слуга герцога.

Да и ехать в ночь одной по этим диковатым местам, которые, возможно, кишат сумеречниками – пожалуй, с колкостями в сторону фон Вальда я погорячилась. А Хардвин неожиданно оказался не столь терпелив, как можно было подумать.

– Постойте! – Я невольно подалась за ним следом. – Хардвин! Уже темнеет…

Драконище остановился и развернулся ко мне вновь, совершенно недоуменно наморщив лоб, будто услышал какую-то поразительную новость.

– Да что вы говорите?! Мне кажется, вам будет приятнее в дороге, без сопровождения.

Ночью. Самое для вас лучшее время. Не видно лиц, не видно вообще ничего. И есть большой шанс, что до дома, к мужу, который вам постыл столь же, как и незнакомый герцог Виесский, вы так и не доберётесь. Решение всех ваших проблем, не так ли?

Он вновь пошёл вглубь багряного холла, размеренно впечатывая шаги в каменный пол. Я неподвижно смотрела ему вслед. С одной стороны, мне хотелось махнуть на всё рукой и отправить весь этот Кифенвальд в Клуфтову утробу.

С другой же – я не враг сама себе. Ехать в ночь одной – проще сразу себе голову о стену разбить.

– Ваша милость, – сдалась я. – Вы же разумный мужчина. Дайте хоть дождаться утра!

Оно же, как известно, вечера мудренее. Так ведь?

– Ах вот как вы заговорили. – Ядом в голосе Хардвина можно было отравить целое войско. Он сделал ещё несколько шагов, прежде чем остановиться. – Нет, дорогая эфри Вурцер. Так не пойдёт.