Первая ночь для дракона

Они что, и правда все так мечтают оказаться в постели герцога? И зачать от него ребёнка? Может, просто ещё не знают всех тонкостей…

– Хардвин, боюсь, больше ничего не сможет вам рассказать. – Его светлость уверенно и чуть резковато опустился на стул, вновь заставив меня подумать о том, что его движения и манера держаться мне очень уж знакомы.

– Что же с ним случилось? – озадаченно спросила Николь.

Её щёки явственно порозовели. К сожалению, я прекрасно знала особенности такой, как у нас с ней, кожи. Чуть что – и становишься похожей на красный в крапинку помидор.

– С ним всё в порядке? – фальшиво ахнула Эбреверта.

Кажется, о нём она совсем недавно отзывалась совсем не лестно. А тут надо же, какая пылкая тревога во взгляде. Поразительные метаморфозы. Исключительное лицемерие.

– С ним всё в порядке, – кивнул Вигхард, скользя спокойным взглядом по лицам девушек. – Но его, в некотором смысле, никогда не существовало. Хардвином всё это время был я.

И снова всеобщее поражённое молчание пересекло столовую, будто молния.

– Но как же вы, ваша светлость?.. – Я провела пальцами по своему подбородку.

Нет, волосы можно сбрить, можно сменить одежду и даже исказить в некотором роде голос. Но отрастить бороду меньше чем за сутки? Я даже пригляделась к его губам, силясь увидеть тот самый шрам. Но нет – его тоже не было.

Герцог покачал головой, усмехаясь.

– Вигхарт метаморф, – пояснила за него тётушка Лотберга. – Он может менять внешность так, как ему заблагорассудится, скопировать любую, только один раз увидев.

– Спасибо, – кивнул ей герцог. – Я встретил каждую из вас в самом начале нашего знакомства. Проводил до замка и понаблюдал. Это оказалось очень полезно – увидеть, возможно, будущую мать своего ребёнка в те мгновения, когда нет необходимости прикрываться учтивостью и лицемерием. Ведь кто такой Хардвин? Слуга, посланник? Просто друг или подручный? Его слова, что бы он ни рассказал герцогу, можно принять на веру. А можно и не принимать. Тем более когда в дело начинают вмешиваться симпатии и предпочтения.

Даже столь лестно отозвавшись обо всех эфри, он ни на миг не улыбнулся.

– Надеюсь, ты не решишь завести сразу четверых детей, – довольно едко заметила графиня фон Вальд.

Вигхарт лишь хмыкнул, отчего девушки напряглись ещё сильнее. Наверное, каждая из них уже успела посчитать себя особенной. В мыслях представить себя на белых простынях герцогской постели.