Звёздный янтарь

Но, скалился, сволочь, более чем ехидно…

– Димон, закругляйся, пожалуй, – окликнул меня Вася. – Сделаем так: спущу веревку, а ты привяжешь ее к ручке. Буду тянуть, а ты – подталкивать снизу…

– А если веревка оборвется и этот ларь придавит меня? – спросил я, с подозрением глянув на угловатый ящик.

– Ничего страшного! – уже по пути наверх успокоил меня Вася. – Такие сейфы хоть с самолета бросай, хоть в океане топи, товар не повредишь… Высшей защиты коробочка!

И "добрый дядечка", оставив сокровища под охраной однорукого скелета, скрылся в светлом квадрате люка.

Тут ветхая лестница окончательно пришла в негодность. Попросту говоря развались в мелкую труху. Хорошо, что Васина туша уже большей частью оказалось снаружи. Потерявшие опору ноги еще некоторое время месили воздух, а затем скрылись.

Вот как не поверить в "проклятие мумии" после такого? Скелет, я знаю – это твоя работа! Не хочешь клад отдавать, набор ортопедический?

Вслух же я крикнул:

– Вася, бегемотина такая! Мне теперь как вылазить?

– Ничего страшного, вытащу и тебя! – пообещала пыхтящая морда из люка.

 – Теперь уж точно без веревки не обойтись… Жди меня, и я вернусь!

А что мне оставалось? В принципе, с мародерством уже покончено. Кроме кофра – нихрена ценного. Пробежался еще раз взглядом по полкам – шаром покати… Тут мое внимание привлекла распахнутая настежь дверь хранилища. Из под разводов паутины проглядывали скукоженные временем уголки каких-то картинок. Что это еще за вернисаж? Распираемый любопытством, я вернулся к двери в тайную комнату…

ГЛАВА 7.

Пиастры! Пиастры!

Картинки, как на подбор, были сплошь и рядом эротического содержания. Не скажу, чтобы бледнолицые красотки в полупрозрачных одеждах ( а где и без оных) произвели на меня большое впечатление. Из-за чуждых для хомо сапиенса пропорций или моей закомплексованности, уж не знаю… Зато, судя по огромным выпуклостям у некоторых особей я теперь не сомневался что эта гуманоидная раса, безусловно, относится к млекопитающим.

Честно говоря, меня больше заинтересовали четыре аккуратно выведенных иероглифа на самой пикантной картинке в центре двери.

Одну закорючку я опознал точно – это была цифра 2 на Кивинге. Нет, я не ас в лингвистике. Просто в институте некоторое время читал лекции по ксенобиологии один эксцентричный преподаватель. И у него была мания ставить оценки студентам в математических терминах всех разумных рас Галактики. Как официально вымерших, так тех, кто сгинул без вести в пучинах космоса.