Ещё не вечер, господа!

– Думаю появление поляка под личиной санитара никак не связано с вами.

– Может оно и так, но Альфред незадолго до роковой поездки в Санкт-Петербург купил амбар на выезде из города на Московском тракте. Перед поездкой документы он оставил дома, а ключи от амбара всегда носил с собой. По крайней мере в доме я их не нашла.

– Все мы догадливы задним умом. Мне бы поглядеть в деле по убийству вашего мужа протокол осмотра тела. Там был перечень изъятых у него вещей.

– Все вещи мне отдали, когда я забирала тело.

Ключей от амбара там точно не было. Я хорошо помню, что один ключ старинный увесистый, такие часто в музеях показывают. А два ключа обычных и все на одной связке, блестящем кольце из толстой проволоки.

– С вами не заскучаешь. Прошу вас поехать со мной на встречу с художником, помогите нарисовать портрет Моравецкого.

– Для чего?

– Хотим перефотографировать, размножить, раздать городовым и другим нашим людям. Думаю, за пару дней сыщем злодея.

– Может вместо портрета подойдет фотография? У меня имеется групповой снимок, где Моравецкий, мой муж и еще два человека сфотографированы.

– Можно посмотреть? – спросил Очкасов, и Аганина пошла за альбомом.

Фотография представляла собой изображение всех четырех лиц, сделанная на профессиональном уровне. Формат карточки большой и лица получились выразительными.

– Тогда так, вы остаетесь дома, закрываетесь на все замки и сидите тихо ни на что не реагируете. Не открывайте даже дворнику.

– Почему дворнику нельзя? Он заходит иногда за какой-нибудь мелочью.

– Я вам потом объясню. Не прощаюсь, вернусь через пару часов. Фото беру с собой, естественно, с возвратом.

Дворник по-прежнему находился у ворот и при появлении Очкасова продолжил сверлить его взглядом бесцветных глаз.

Неустроев обрадовался неожиданной находке и послал художника переснимать лик Моравецкого. После его ухода Очкасов поведал про амбар, выкупленный еще живым Гизингером.

– Значит документы о покупке у Зинаиды, а ключи скорее всего у Моравецкого.

– Еще не все. Кронид Нифонтович.

– От твоих новостей я уже лишился сна. Ты не только способный, ты еще и везучий. Сказывай свою новость.

– Не новость у меня, сущая догадка. Даже не догадка, а обычное подозрение.

– Говори быстрее, не тяни кота…

– Дворник в доме Аганиной смотрит на меня так, будто хочет раздеть до гола. Может он тюремщик бывший?

– Спросим у Мануйлова, он и его люди почитай всех дворников в городе знают.