На пороге империи

– После опознания меня отведут на постоялый двор и там предстоит ждать отъезда. Еще сказали, что ежели я или кто-то другой к поезду не явится, то поездка перенесется на другие дни.

– Постой-постой, – взбеленилась Акулина, – как это завтра к вечеру? Как кто-то не явится? Так дела не делаются!

– Так иди в Посольский приказ и скажи им об этом. Я тебе, бабка, помочь ничем не могу.

– Все правильно! – вступил в разговор Тихон, – умеют дьяки тайну охранять. Ну хоть что-то тебя спросили?

– Спросили. Как переношу морскую качку?

– Сиди тут девка, жди меня, скоро вернусь! – Акулина подхватилась и выскочила из дома.

Тихон сделал знак Фриде, чтобы она сидела молча, мало ли какие хитрости приготовлены бабкой. Пока ждали возвращения, в избу два раза заходил кучер и требовал оплаты. Дважды Фрида подбадривала его медяками. Наконец, старуха вернулась.

– Рано утром к тебе приедет мужик по имени Родион, он тебя и повезет в Сергиев Посад. Только прежде чем садиться к нему, обязательно спроси имя и куда надо ехать.

– Поняла, только с Родионом я никуда не поеду. Или пусть вместе с ним едет Тихон, который теперь Иван.

– Может она права? – спросил Тихон, – мало ли, что удумает ваш Родион!

– Цыц, как сказала, так и будет!

– Тогда так, – не унималась Фрида, – у меня от брата остался пистоль, ежели что, буду стрелять в вашего Родиона.

– Ну, попробуй, – сказала старуха с явным вызовом.

– Прощай, Тихон-Иван! А тебе, старуха, ничего желать не буду!

Бабка закрыла за Фридой дверь и задвинула щеколду.

– Притомилась я нынче. Завидую тебе, Ванятка, богатым человеком скоро станешь!

– А тебе, что же, доли не положено? – спросил Тихон.

– Годов мне много, хорошие деньги нужны в молодости. Давай выпьем за удачу! – старуха достала кувшин и начала возиться у поставца.

Поставила на стол две кружки и присела напротив Тихона.

– Ну что, за вечную молодость, Ванятка?

– Ты бы хоть сухарик дала! А то без закуски и доброе вино пойлом станет.

Акулина встала, сняла с полки мешочек с сухариками. Этих секунд Тихону хватило кружки поменять местами.

– Ну, давай, Ванятка, выпьем!

– Нет, ты первая!

– Боишься? И то правильно! – старуха опрокинула в рот содержимое в один глоток.

Время пошло, и Тихон уже подумал, что ошибся в своих предположениях. Но вдруг у старухи начался кашель, потом она схватилась двумя руками за горло. Еще миг и бабка повалилась с лавки, упала на пол. Акулина была мертва.