Летопись дел времён Иоанна Грозного

Следствия построения Свияжска сказались немедленно: черемисы, увидев, что русский город встал на их земле, стали приходить с челобитными и спрашивать разрешения жить в своей местности. В русский полон вселилась надежда на скорейшее освобождение, казанцы начали готовиться к битве.

Глава четвертая

– Предполагаю, – начал Кенингтон, а он говорил медленно, старательно подбирал нужные слова, – русский царь после двух поражений под Казанью не станет торопиться с новым походом. Конечно они одолеют татар, но произойдет сие не завтра.

Сначала Иоанн изучит причины поражения, потом примет меры к их исправлению, потом проинспектирует воинство, пополнит людские ресурсы, организует обучение новичков. Пока не случилась победа Москвы надобно возобновить тайные переговоры с крымским ханом и турецким султаном. Нельзя допустить договоренностей об объединении крымчаков и казанцев. Пусть каждый сам воюет с Москвой отдельно.

– Такая позиция мне непонятна, – заявил представитель короля, – не сказывается ли желание английского двора завязать с русскими доверительные отношения.

Кенингтон нисколько не смущаясь, глядя в упор, сказал:

– Не в моей привычке скатываться на личности. Но мне жалко польского короля. С такими советниками он рискует попасть в сложное положение. Крымчаков надобно подбить вести военные действия на южных границах Московии. В тех местах между двух государств простирается безлюдная степь. Пересечь ее на лошадях, значит утомить и себя и животных. На том строится мой расчет.

Голодные и утомленные татары будут проявлять жестокость, хотя они никогда сердобольными небыли. Но именно эта жестокость вызовет громадное недовольство у населения. Иоанн, как государь, не сможет не вступиться. Он перебросит часть своих воинов на юг. Участие турок заставит русского царя втянуться в эту войну да так, что особо с Казанью воевать станет нечем.

– Замысел хитроумный, – сказал Микульского, – только как поведет себя московский царь? Он уже утер всем нос! Неожиданное появление русского города – крепости в непосредственной близости от Казани, тут безусловно вина наша, проглядели, – поспешил повиниться Микульский.

– Вам известно, что крепость строили в лесах под Угличем. Потом в разобранном виде сплавили по Волге и оставалось лишь собрать ее на острове.

– Под Угличем? – вырвалось у Микульского, – в этом городе находился наш специально подготовленный человек. Странно, что он проглядел такое строительство.