Живые из Атлантиды

Ведь пока ты и твоя избранница поймете друг друга, пройдет не год и не два. А там уже тридцать. Считай это заявка на беспробудную холостяцкую жизнь.

– Ну что Вы, мама! Сейчас совсем другие скорости. Мы все ближе к древним римлянам – пришел, увидел, победил. Женщины стали другими, они ездят на автомобилях, летают на самолетах. Многим просто некогда любить и рожать.

– Я к езде и полетам добавила бы – пьют водку и курят табак. К счастью на других примерах, но я уже неоднократно доказывала тебе, что наш мир очень разнообразен.

У любого правила есть исключения. Любому периоду человеческого развития соответствует свой набор симпатий и антипатий, увлечений, привязанностей. Мозаика твоего возраста самая яркая, самая витиеватая. Выбранная женщина будет соответствовать жизненному лабиринту, или зайдешь в тупик, или будешь плутать пока не упадешь, или…

– В самом начале этого разговора было ясно, что Вы, мама, давно и тщательно к нему готовились. Так просто нам его не закончить. Думаю, что у Вас появился вариант, который хотите предложить моему вниманию, а может быть и настоять на окончательном выборе.

– Здесь, дорогой мой Алекс, ты ошибаешься. Мне было бы интересно знать твое мнение о семье Вюртенбергов, прежде всего об Инге. Поверь, никаких предварительных разговоров между нами не было.

– Просто нужно вспомнить наши семейные встречи, ее поведение на них, а потом уже сделать какие-то предварительные выводы.

– Дорогой, а как же – пришел, увидел, победил?

– Дай мне хотя бы пару дней, после чего мы продолжим разговор о любви, и поверьте, тема для меня больше интересная, чем неприятная.

Сейчас я сыграю мелодию, которая пришла мне на ум достаточно давно. Сегодня я наконец-то подобрал ее на инструменте. Только не подумайте, что все больше меня захватывает сочинительство. А то завтра услышу, что сал композитором.

Еще не прозвучали финальные аккорды, входная дверь отворилась, и в прихожей послышались шаги Вольдемара. Он приходил с работы в разное время, но, как правило, в интервале между семнадцатью и двадцатью часами.

– Добрый вечер, дорогие! Я ужасно голоден, пообедать было некогда. Алекс, ты встретил наших немецких коллег?

– Да, господин Вернер, и встретил, и отвез в гостиницу, и расселил по номерам. Предложил обзорную экскурсию по городу, но они отказались. Сослались на усталость. Но что мне показалось странным, хотя все были в цивильном платье, к одному из них обращались четко, вытягиваясь в струнку.