Невеста из мести

Так что же?

– Кто-то наступил мне на шлейф и оторвал юбку.

Финнавар едва сдержал улыбку.

– Только с женщинами может произойти такое.

Я гневно взглянула на него и вдруг поняла.

– Это вы отправили ко мне Дарану?

– Я, – не стал скромничать и отнекиваться герцог. – И платье принести приказал тоже я. Конечно, спросив разрешения её величества вдовствующей королевы. Ибо это то платье, в котором она была на балу в честь своей помолвки.

Невольно я провела ладонями по подолу, не веря, что на мне сейчас надето столь знаменитое платье.

Не удивительно, что оно показалось старомодным. С тех пор прошло добрых тридцать пять лет.

– Спасибо. Вы меня спасли. Вряд ли я смогла бы выйти на танец в том плачевном виде.

– О, не стоит, – Финнавар посмотрел вдаль, будто бы сквозь всех гостей. – Я рад, что смог вам помочь, миледи. Если бы вы не вышли танцевать, это стало бы огромной потерей для сегодняшнего вечера.

– Его величество великолепный танцор.

Герцог покосился на меня.

– Думаю, не зря вас нарядили пираткой, миледи. Я вижу, что вы уже похитили сердца многих мужчин здесь. Приятного вам вечера.

Странное сожаление почудилось в его голосе. Но, спеша развеять такое впечатление, Финнавар улыбнулся и, чуть поклонившись, ушёл.

Я поёжилась от прохлады, что уже заметно лизала спину. Высокая, широкоплечая фигура Финнавара ещё пару раз мелькнула среди гостей и пропала.

Глава 4

После бала, который окончился под утро, я заснула, едва донеся голову до подушки.

И казалось бы, от усталости не должно было прийти никаких снов, но темнота, несущая отдых, разорвалась образом, который навсегда остался в памяти. На каменном полу храма Пресветлого – десятки заболевших от Чёрного Мора, в воздухе – запах гниения и пота, от которого невозможно дышать. Жрицы, уставшие и обессиленные безысходностью, ещё пытаются облегчить их страдания. Но опий закончился уже давно, как и чистые тряпицы, которыми можно было бы протирать язвы на телах несчастных.

А мы с сестрой Идой из последних сил пытаемся закрыть разлом, из которого сочатся ядовитые миазмы Мора. Но леса вокруг источника уже иссохли, тоже поражённые недугом. Из них нельзя было зачерпнуть ни капли энергии, чтобы подпитаться. Мы тратили всех себя, до дна, стягивая края прорвавшейся Бездны. Я чувствовала, как умираю внутри. Каменею. Но продолжала плести заклинания, которые дрожащими бледными нитями вились в воздухе, запирая брешь.