До кончиков пальцев

Никита завалился, и Ксюша мгновенно вскочила с кровати, воспользовавшись моментом, но он быстро настиг её и, пригвоздив своим телом к стене, улыбаясь, произнёс:

– Куда же ты убегаешь, детка! Я хочу тебя! Должен же я понять, чем ты так хороша, что свела с ума нашего Артёма.

Парень снял резинку с её волос, и они красиво рассыпались по её плечам. Он похотливо посмотрел на её груди, вздымающиеся от неудавшейся попытки побега, и стал лихорадочно высвобождать каждую из скрывающей их ткани.

– Артём никогда тебе этого не простит! – сквозь слёзы проговорила она.

Никита засмеялся.

– Он даже думать о тебе не хочет! Ему всё равно!

Он грубо впился в её губы, и она ответила на поцелуй.

– О! – выдохнул парень.

Ксюша заставила себя обнять руками его за шею. Никита улыбнулся и заскользил по коже под юбку.

– Такая ты мне нравишься больше! Пойдём на кровать, – подмигнув, предложил он.

– Пойдём лучше в комнату. Там удобнее, – услышала она свой голос и изобразила подобие улыбки.

– Пойдём.

Парень отступил на шаг, но не разжал пальцы на её запястье.

– Отпусти! – девушка потянула руку, пытаясь освободить её. – Я хочу картину забрать.

Он разжал кулак, и она подобрала скрученную трубочку, лежавшую на полу.

Ксюша видела краем глаза, что Никита не отрываясь смотрел за каждым её движением, как охотник за дичью, и не предпринимала никаких попыток сбежать, понимая, что это бесполезно.

Он первый стал спускаться по лестнице, она последовала за ним, лихорадочно перебирая в уме возможные варианты бегства, но от страха мозг отказывался работать.

Парень стал закрывать входную дверь, но девушка остановила его:

– Подожди. Можно я рисунок положу в сумку?

– Я сам.

Он вышел на крыльцо, расстегнул молнию, сунул листок, и в этот момент она ударила его по голове чугунной сковородой, стоявшей на плите в летней кухне, в коридоре.

Никита упал прямо на сумку, а Ксюша испуганно бросила орудие преступления рядом и рванула прочь.

Она не помнила, как долго бежала. Даже не понимала, в каком направлении. Ноги сами куда-то несли её, лишь бы подальше от противных рук, лапающих её тело, и губ, вызывающих отвращение.

Когда девушка остановилась, всё ещё дрожа от пережитого страха, то наконец осознала, что находится в незнакомом месте, почти раздетая и без своих вещей.

Начинало смеркаться, и Ксюша растерянно оглядывалась по сторонам. Она не знала, что ей делать.