Месть

Укрывшись им, я зарылась в подушку и пробормотала:

– Я не встаю так рано!

Она опять стянула с меня одеяло, и я уселась на кровати, рассерженно смотря на нее заспанными глазами.

– У тебя что, концлагерь?!

– Нет, но у меня свои правила. Завтрак в восемь, обед в час, ужин в шесть. В другое время я не буду тебя кормить, – безапелляционно заявила она.

– Хорошо, я не буду завтракать, – не стала спорить я и, вырвав свое одеяло из ее рук, закуталась в нем как в коконе, чтобы она не смогла его снова стянуть с меня.

Я услышала, как она ушла и захлопнула дверь, но, как назло, после всех пререканий сон куда-то делся, и я лежала, сердясь на нее, что она испортила мое первое утро в этом городе. Однако уступать ей я не собиралась и вставать на каникулах в восемь тоже не планировала.

Еще немного повалявшись, я села в кровати и стала оглядывать комнату. Вчера я не сделала этого, поскольку было уже поздно и я была слишком уставшая после всех своих приключений, но сегодня мне было даже любопытно.

Комната была светлой, поскольку в ней было окно и отдельно стоящая такого же размера балконная дверь, просторной и незахламленной, с высокими потолками, со стенами, обрамленными настоящей лепниной, так что здесь в полном смысле этого слова было чем дышать. Однако обстановка в ней была старомодной: слегка выцветшие старые обои, мебель, к которой хотелось обратиться на «вы», поскольку она была как минимум возраста своей хозяйки, и тысяча раритетных мелочей, привлекших меня своей неординарностью, начиная от торшера и заканчивая фарфоровыми статуэтками.

Я вспомнила про Веру. Интересно, она тоже жила в этой комнате, когда приехала сюда?! Скорее всего, да. Третьей комнаты я не видела. Мгновенно я подумала, не осталось ли здесь что-нибудь из ее вещей?!

Встав с кровати, я проверила пару ящиков комода и шкаф, но ничего интересного не нашла и, надев свою вчерашнюю одежду, вышла на балкон в невероятно скверном расположении духа… Однако как только я увидела панораму, представшую моему взору, я мгновенно забыла о своем испорченном утре и стала с восхищением смотреть по сторонам.

Прямо передо мной на той стороне дороги находилось старинное невысокое желтое здание, а чуть в стороне, правее была расположена церковь кораллового цвета, обильно украшенная белыми вставками лепнины, словно кружевами на платье модницы, и двумя симметричными башенками, вздымающимися в небо.