Мое личное солнце

Я стала подбирать наиболее корректные слова для отказа, но она, почувствовав это, воскликнула:

– Настя, очнись! Хватит умирать! Пора возвращаться к жизни!

– Юля… – пролепетала я, вкладывая в ее имя целый спектр эмоций – от «ты меня не понимаешь» до «я не могу», но она не услышала или не захотела услышать меня и продолжала наседать:

– Ну не повезло, наигрался богатенький мальчик и бросил, но есть и другие. Лучше!

– Лучше?! – мои губы криво расползлись по лицу. Лучше не бывает! По крайней мере, для меня.

Я это точно знала! Но чтобы не обижать подругу, я поспешно добавила: – Я подумаю и позже перезвоню тебе.

Мы разъединились, и моя бабушка, находившаяся все это время со мной на кухне и слышавшая разговор, тут же поинтересовалась:

– Что Юля хотела?!

– Звала к себе. Предлагала вместе провести время, – отрешенно сообщила я, снова погружаясь в меланхолию.

– Езжай, конечно! – воскликнула она, бросая на меня озабоченный взгляд. – Второй выходной сидишь дома. Ты за эту неделю со своей учебой совсем поблекла.

Я хотела возразить ей, сказать, что никуда не хочу, но, не желая устраивать споры, ответила:

– Я подумаю.

На улице было уже холодно, и я, хоть и встречала в Вырице третью осень, никак не могла привыкнуть, что конец сентября, по моим меркам, уже моя привычная зима в Севастополе. Я накинула капюшон, спрятав себя в нем, и решила сходить на ту сторону к магазинам и заодно подумать, готова ли я возвращаться к той жизни, что была у меня до второй встречи с Андреем.

Однако эта дорога и эта прогулка совсем не располагали к подобным мыслям. Я выбрала тот маршрут, где последний раз шла с Андреем, и почти видела себя, идущую с ним, счастливую, веселую, и грусть и тоска затягивали меня все больше в свое болото.

Поднявшись на мост, я остановилась и посмотрела вслед уезжающей электричке, обвела глазами теплую палитру акварели, что небрежно набросала осень, и стала спускаться вниз. Оказавшись на другой стороне поселка, я зашла в книжный магазин, купила себе пару тетрадей и ручек и думала уже возвращаться назад, когда увидела невдалеке припаркованный красный Corvette Андрея.

Его машина была редкой, и я не думала, что в Вырице есть еще одна такая же. Из-за бешеного стука сердца я даже не могла услышать голос разума, сомневающийся в правильности моего решения – дождаться его и все выяснить, ведь я могла услышать что-то, что разобьет мне сердце еще больше. Да и сама встреча с ним сулила приступ слез, боли и отчаяния.