Внушитель

– У меня нет булимии. Это запах хлорки, Вик… – и подругу снова вырвало.

– Мерзость…

– Ох, девчонки… – уборщица выжимала тряпку. – Такие молодые, а уже столько проблем. Вот я в ваши годы…

– Вы границы личные соблюдайте, мы к вам не лезем, и вы к нам тоже не лезьте. Пожалуйста.

Вика выдавила из себя «пожалуйста», а уборщица прищурила правый глаз и стала разглядывать Викино лицо.

– Ты Абрамова?

– Абрамова, а что?

– Ты не родственница Кати Мироновой, которая у Черной Поляны погибла? На 86-й?

Вика перестала листать соцсети и засунула телефон в карман джинсов.

Она забеспокоилась, взгляд её забегал с уборщицы на плитку, с плитки на Сироткину, с Сироткиной снова на уборщицу, затем на разлитую краску и на красную резинку для волос, которая валялась в мусорном ведре.

Пожилая женщина медленно покивала и развесила тряпку на батарее.

– Тоже знала её… Ясно… Ох, девчонки…

С этими словами она вышла из туалета. Вика облокотилась на стену и взглянула на потолок.

«Дроздов любит Миронову», – прочитала она надпись. Лампочка не горела, и уже начинало темнеть.

– Вик, вы идете? – просунул нос в дверь Белов.

– Отстань, – закрыла дверь Вика. – Не видишь, Арине плохо!

– Вижу, что плохо, пусть тут одна разбирается, а вы на химию со мной. Сегодня контрольная.

– Андрюш, может, ты сегодня как-нибудь сам? – деловито прощебетала Женя. – Побей Мальцева из «А» или договорись с Бураевым. Попробуй без нас?

– Не без вас, а без Абрамовой.

Она у Михайлова ответы берет, а ты не примазывайся!

– Слышишь, особо умный, давай иди один уже! –прикрикнула на одноклассника Вика.

– Я всё.

Никто не заметил, как перед зеркалом завертелась Арина.

– Тебе же плохо только что было, ты точно пойдешь?

– Точно, – улыбнулась она. – И мне уже хорошо!

Арина гордой походкой вышла из туалета. За ней проследовали остальные. Мельников, который ждал компанию в коридоре, улыбнулся Жене, и они все вместе пошли на урок.

Ярослав сел на свое привычное место. Первая парта, ряд у окна. Егоров сказал, что плохо себя чувствует и на химию не пошел. Так Михайлов оказался за одной партой с Артемом.

– Ярослав, – кивнул он ему в знак приветствия.

– Артем.

– Это мое место. Я сижу здесь с первого класса. Мне нужна золотая медаль. Если тебе нравится сидеть на первой парте, то договорись с кем-нибудь другим. Я это место тебе не отдам.