Пророчества забытого мира

– Только любезного дядюшки моей жены тут не хватало! – подумал, вспоминая недавние непростые события, Диего и тут же вздрогнул, почувствовав в ответ хитрую улыбку, перехватившей его размышления, Азитовал.

А тем временем, призраки стали более различимыми, вертелись в хороводе над младенцем, но явно не решались подарить имя, либо просто спорили там, в своей реальности, как назвать дитя. Казалось, что ожидание может тянуться целую вечность, поскольку призраки нашли великолепный повод выговориться за несколько столетий или тысячелетий, некоторые из них впервые после смерти в физическом мире.

Яркий всплеск светового фонтана на мгновение на мгновение погрузил зрение в полный, хотя и недолгий мрак, а потом действительность стала черно-белой, и белесая тень склонилась над девочкой. Заиграла мелодия, вернув миру цветастость, и сначала родители, а потом и все в зале, услышали имя наследницы древнего рода – Энвелла. Можно сказать, Диего вздохнул с некоторым облегчением и впервые улыбнулся.

Он опасался, что дочери подарят такое имя, что даже фляга со спиртом не поможет, чтобы его произнести без запинки. Или, наоборот, его начнут проверять на степень опьянения, заставляя произносить имя дочери. Что было бы совсем уж кошмаром!

Диего торопливо спустился по ступенькам трона, принял на руки дочь, поцеловал ее и передал супруге, поскольку праздник продолжался, и требовалось теперь призывать древних правителей для выбора имени наследнику престола. Перед столь важным событием, можно сказать апогеем торжества, Сармуга, видно, совсем решил расстроить наместника.

Пока шла смена декораций, распорядитель праздника решил устроить торжественные танцы, согласно древней традиции. И самое страшное в этом, так это то – что примером в хореографии должен был стать сам наместник. Услышав об этом, Диего одарил лекаря таким взглядом, что если бы он был бы испепеляющим, то ахарг мог бы работать крематором, который с удовольствием бы потом замел на совок остаток пепла от советника.

В этой ситуации, на помощь, как всегда, при сложностях с этикетом, пришла Азитовал. Увидев лицо супруга, она мило улыбнулась, шутливо погрозила пальцем Сармуге и протянула руку мужу. Женщина взглядом указала на серебристую дощечку, типа скейтборда, на которую следовало стать для начала танца. Что вызвало в химике состояние близкое к панике, которую он не испытывал, даже в самые страшные и критические моменты боя.