Пророчества забытого мира

– Ничего не скажешь – гнусные твари! – вытер Александр пот со лба, достал флягу и сделал пару глотков, чтобы перебить муравьиный привкус во рту, как будто он драл этих «монстриков» зубами, – И что теперь остается делать?

– Ваша милость, светоч которой…, – начал было Шамгар, а потом осекся, припомнив все рекомендации и обещания нынешнего правителя, и продолжил, на всякий случай, без лишнего славословия, – Эти пещеры были искусственно связаны в подземелье еще до Элаветы, при ее отце или даже раньше. Во время войны за власть, после ее низложения, погибло много документов, и мы думали, что потеряли Мнайдру навсегда.

О паролях тогда уж точно не думали.

– Что будем делать в таком случае? Ответа, значит, не имеется. Понятно, что пока ничего не понятно! Будем предпринимать другие меры, – махнул рукой Александр, выяснив, что придется все решать самому, – Эрнан! Подойдите сюда!

Сержант, не привыкший к столь уважительному обращению начальства, сначала опешил, а потом подтянулся, поправил поясной ремень и строевым шагом подошел к правителю.

– Ваше королевское величество! Сержант Эрнан Винтерс по вашему приказанию прибыл!

– Отставить! Вольно! – по привычке ответил бывший офицер «Черных Ангелов», – Что с личным составом сержант? Раненые есть? В смысле – серьезно раненые.

– Никак нет! Все в полном порядке, а мелочи и индивидуальными пакетами уберут! Жгутся эти твари противно. Металлопластик прожигают моментально. Его-то не всякий бластер возьмет, а эти вот…

– Понятно! – кивнул Александр, увидел некое подобие стола в древнем караульном помещении, облупленные каменные скамьи вокруг него и, жестом, предложил собеседникам перейти туда, – Поговорим, и перекусить бы явно не мешало! Присаживайтесь, Эрнан!

– Да, но в присутствии особ королевской крови…

– Оставить! Я, когда-нибудь, прибью тебя вместе с Шамгаром.

Достали своими славословиями! В боевой обстановке, отставить придворные церемонии! Понятно! Это война, а не королевские балы и застолья!

Эрнан кивнул, устроился на краешке скамьи и свирепо смотрел, как два рядовых сервировали стол.

Однако он зря переживал, те знали, что делали. Получилось пусть не так, как у королевского шеф-повара, но достаточно аппетитно, а напиток, нечто среднее между кофе и чаем, дразнил обоняние. Никто не прикасался к пище, пока самодержец не взял первый кусок и не сделал первый глоток. Это Александра всегда раздражало, но психологию монархического общества не переделать.