Театр Богов. Цветы для Персефоны

Она не в состоянии уследить за всем – это первое. И нельзя делать добро спустя рукава – это второе. И наконец, третье – она не может быть везде, она не богиня трех миров, она – богиня дорог и пределов, и в действительности, самая важная её задача – служение Дарам. Именно из-за них она так нервничает сейчас, именно из-за них пряталась она тогда под окном, рискуя быть застигнутой врасплох. Счастье, что этого не произошло, тогда Гера точно преуспела бы в своем стремлении сослать её вниз без права выхода.

А она, Геката, и помыслить в то время не могла о том, чтобы остаться в подземном царстве навечно. Она желала оставить за собой право ходить по дорогам Живых – но не из-за красот земли или жажды властвовать. И не из стремления быть ближе к тем, кто обращался к ней – мольбы обиженных слышны везде. Она пеклась о детях Огня Изначального, о Семи Дарах, частичках Хаоса. Они были мостиком, что связывал мир Форм с миром Сил; её встречи с Афродитой как раз напрямую были связаны с ними.

И покуда Семь Даров пребывали в Царстве Жизни, на Олимпе, в покоях богини любви, Геката не вправе была позволить запереть себя в Палатах Мертвых.

Кто мог знать, что самая большая её опаска станет для неё судьбой? Что Подземный Мир укроет, в конце концов, в своих чертогах и её, и Дары; что им придется искать соратницу, которую Дары согласились бы принять. Она и Афродита полагали себя их защитницами, но возможно, думала теперь Геката, всё было совсем наоборот. Великие тайны зачастую сами себя охраняют, а тайна Даров как раз из таких.

Семь их в мире – по числу божественных свойств. Дар божественной красоты, дар мудрости, дар вечной жизни. Дар прорицания, дар всеведения, и особняком – дар тайного знания. Это не противоречие, это ограничитель, ибо даже у всеведения есть свои пределы. И наконец, последний, седьмой – дар сопричастия, или как его ещё называют, дар ожидания и призыва, на первый взгляд – и вовсе не значимый. Непосвящённый сказал бы, что вот, мол, собрали «остатки в кучу», а то и усомнился – стоит ли причислять эти свойства к божественным.

Но в действительности, Дар этот – главнейший из всех семи, самый глубокий и всеохватный. Дар бесконечного движения, отражение силы, меняющей мир. Силы, способной не только к бесконечному ожиданию, но и к его противоположности – к приглашению, призыву открытому, и, следовательно, к осознанию себя. Не Дар, но дух, сама жизнь, по сути.