Спартанец

Он и не скрывал! Но это лишь сегодня. Завтра его лицо будет, как и должно, выражать спокойствие и полное неведение о коварных замыслах пунийцев. Жизнь научила поступать в нужный момент так, как должно!

Извинившись за плохую весть, Гамилькар закутался в плащ, чтобы его кто-нибудь случайно не узнал, и быстро скрылся в темноте ночи.

– Собери спартиатов, – распорядился Ксантипп.

Орест кивнул и кинулся выполнять распоряжение. Ворчать на этот раз было некогда! Вопрос шёл о жизни и смерти. Надо встречать опасность во всеоружии, а для этого необходимо подготовиться.

Через полчаса спартиаты собрались в шатре Ксантиппа. Их с детства учили пробираться по тёмным улицам, не зажигая факелов, не привлекая чужого внимания, поэтому им удалось добраться до шатра незамеченными. Спартиатов, готовых отплыть с Ксантиппом, оставалось всего одиннадцать. Из прибывших с ним семнадцати воинов двое геройски погибли, трое остались служить Карфагену.

Ксантипп рассказал соратникам о грозящей опасности. Все восприняли это со спартанским спокойствием. Но как им выбраться из этой переделки? Идей было много. Итог обсуждения подвёл Ксантипп.

– Единственный разумный выход – делать вид, что мы ничего не знаем, отплыть и в море захватить корабль. Если они догадаются о наших намерениях ещё в Карфагене, то перебьют нас на берегу под каким-нибудь предлогом. Обвинят в измене, мятеже или в чем-либо еще. Тут не Фермопилы, и нас не триста, поэтому долго сопротивляться не удастся.

– А что мы будем делать с кораблём? Матросы-то из нас никакие! – сказал Дамид.

– Поэтому моряков желательно брать в плен! Всех противников убивать не обязательно, – с улыбкой пояснил Дианек, который быстрее всех просчитал ситуацию. Не зря на него больше всего надеялся Ксантипп.

– А теперь нам надо так же тихо и незаметно разойтись. Не дай, Зевс, нас углядит кто-нибудь из шпионов! – Ксантипп быстро проводил товарищей.

Оставалось дождаться утра.

Чтобы сохранить силы, Ксантипп и Орест легли и постарались уснуть. Это им удалось.

10

Утро выдалось ясным и солнечным. Спартанцы, облачённые в красные плащи, собрались на причале. Кроме карфагенской знати, пришло немало народу, чтобы проводить победителей римлян.

Магон начал торжественную прощальную речь, благодарил спартиатов за всё, что они сделали для пунийского народа. Это выглядело почти искренне.