Универсальный саквояж мадам Ренар

Определяет собеседника, анализирует записи разговоров и генерирует разговор твоим голосом. И шарики гелием надувает. И ещё, если в раковине посуда, смертоносно воет.

Ойробот

– Это твой отец мог не напрягаться. Если в раковине посуда, и так смертоносно завоют.

– Единственная вещь, которую он удачно продал. Давно, мы тогда ещё в Париже жили. Отчисления маленькие, зато всегда.

Они вышли к шоссе. В медленном потоке машин тащился двухэтажный серый автобус с красно-синей надписью на борту. Лев ещё помнил, как два года назад приехал в таком из Москвы.

– Вот и подумай, – продолжал он. – Какие у меня перспективы?

– Здравствуйте, «какие»! Ты вон хоть сейчас в любой офис можешь…

– Не собираюсь, – брезгливо процедил Лев.

– Я и сам не собираюсь, – хмыкнул Фёдор. – Работать на дядю – хрен вам, выкусите!

– Ты хочешь свой бизнес? – уточнил Лев.

– Осталось решить, какой.

– Если быть откровенным, – Лев потёр шею, – лучший бизнес для меня – лежать под одеялком, но…

– Да, коллега, да.

– Короче, если нужен компаньон, он у тебя есть.

– Уверен, что не передумаешь?

В тот вечер Лев Берёзкин ещё не подозревал, как часто будет задавать себе этот вопрос.

Глава 2. Идея изобретателя

Мимо дома протрещал по брусчатке мотоцикл. Дом был старый, деревянный, в два этажа. Зелёная краска облупилась, ставни облезли. Каменные ступеньки крыльца начинали разваливаться, в щелях проклюнулись кусты папоротника.

Лев достал ключи. Тяжёлая дверь гулко стукнула, закрываясь за ними.

На дощатом полу лежали солнечные квадраты и над ними танцевал хоровод пылинок. Квартир на этаже было три. На двух дверях висели почтовые ящики, забитые так, что из них торчали смятые голубые конверты – счета за квартиру.

У средней двери стоял на коврике старый стул. Под винтовой лестницей кренился буфет без дверец. Фёдор со своим ростом кланялся, рассматривая на полках трубы, термостаты, горелки, листы стали, пластиковую руку с торчащими проводами…

– Сопрут ведь, – усомнился он.

– Не сопрут, – отмахнулся Лев. – Ты только сам ничего не трогай. У отца там… Потом расскажу, идём.

Лев отпер дверь, вылез из кедов, прошёл через кухню. Заглянул в гостиную – пусто. Тогда он вернулся, обулся опять, и оба поднялись по крутой лестнице через второй этаж на чердак.

– Ясно, – сказал Лев, обнаружив на железной двери висячий замок. – Отца нет. Чего вылупился, там у него мастерская. Арендует. Пошли обратно.