Тайна Эдельвейса. Книга 3. Найти свой путь

Я проскользнула в новый дом изнаночника и стала осматриваться. Неплохо. Холл, кухня-столовая, гостиная, уборная, лестница, ведущая на второй этаж, всего скорее там располагались спальни и кабинет, совсем уж наглеть не стала и ограничилась обходом первого этажа.

– Ты нагла до безобразия, – проворчал Шехаррин.

Я улыбнулась.

– Что с Вами происходит? – спросила я.

– Ничего особенного, просто я медленно умираю, – спокойно ответил эльф.

– Ооочень интересно, ещё несколько дней назад вы были бодры и веселы, – протянула я.

– Ага, особенно веселился, когда одна не в меру голодная девица вытягивала из меня все жизненные соки, – хмыкнул в ответ собеседник.

– То есть это я виновата в Вашем плачевном состоянии? – расстроилась я.

– Ни в коей мере, малышка, – резко сменил тон Шехаррин, – просто я не могу усваивать вашу энергию, когда я прибыл, у меня было несколько накопителей, напитанных силой Изнанки, но их запасы подходят к концу. Ты же знаешь, что происходит с магами, когда их резерв оказывается пуст?

Я нахмурилась, ещё бы не знать, сама недавно испытала на себе этот пренеприятнейший эффект, когда пустой резерв начал тянуть мои физические, а, следовательно, и жизненные силы.

– Я могу помочь, – неуверенно проговорила я, – по крайней мере, попробовать стоит. Во время открытия магической артерии познакомилась с вашей манной, думаю, смогу переваривать нашу энергию в изнаночную, но пробовать будем на накопителях.

– Не могу представить, как ты это планируешь сделать, эдельвины способны проводить через себя энергию и делиться ей с окружающими, что ускоряет насыщение резерва, но изменить полюс силы невозможно.

– Я не эдельвинка, а полукровка, я буду менять силу в своём внутреннем резерве, раз уж могу перестроить нити чистой манны под любую расу, то и с изменением полюса справлюсь.

Чёрный эльф удивлённо на меня посмотрел, но отрицательно покачал головой.

– Я зайду к Вам завтра, – упрямо ответила я, – дайте мне один из ваших накопителей.

Шехаррин передал мне требуемое, но весь его вид выражал неверие в успех.

Уже у выхода я спросила:

– Зачем же умирающего изнаночника отправили в академию?

– Я дал согласие на посмертное изучение моего тела, ну а при жизни обязался поделиться информацией об Изнанке, имеющиеся данные значительно устарели, да их и сохранилось очень мало.