Свет – Тьма. Вечная сага

За полгода всё это изрядно достало, так что держать себя в руках уже не было никаких сил.

– Хватит, сколько можно?! – крикнула я из зала. – Пью я эти чёртовы таблетки! И с Лазаревским уже разговаривала! Между прочим, он ничего серьёзного в моих симптомах не увидел!

Я остановилась возле окна и уставилась на улицу, пытаясь успокоиться. Мешала занавеска. Так хотелось её отдёрнуть, но я знала, что если расцеплю сложенные на груди руки, то обязательно что-нибудь порву или сломаю. Ту же занавеску, например.

Поэтому я просто сделала несколько глубоких вдохов и осталась стоять, вытянувшись по струнке и не доверяя своему собственному телу.

Ваня тихо подошёл сзади. Аккуратно прикоснулся ко мне, словно к гранате, которая могла вот-вот взорваться. Потом так же осторожно приобнял за талию и потянул за собой.

– Извини, малыш. Не злись, – вкрадчиво произнёс он, усаживая меня на диван. – Просто ты мне небезразлична. Я очень за тебя беспокоюсь.

– Я просто устала… – проканючила я, уткнувшись головой в его грудь.

– Я знаю.

– И с мамой всё никак не ладно… – продолжала всхлипывать я.

– Знаю, Лиз, знаю. Она обязательно поправится.

– Ты тоже прости, что сорвалась. Я не хотела…

– Всё будет хорошо, малыш.

Ваня обнял меня, крепко прижав к себе, и гнев сразу как рукой сняло. Его сменило тягучее чувство грусти и безысходности, ведь я понимала, что не всё было так просто, как он говорил. Мне захотелось расплакаться.

Укрыться в Ваниных объятиях от всех бед и не думать больше ни о чём на свете. Снова почувствовать себя маленькой, чтобы меня любили, защищали и оберегали от невзгод и разочарований. Я так от всего устала! От переживаний, недосыпа и бесконечных секретов, которыми ни с кем нельзя было поделиться. И Ваня был моей единственной радостью и поддержкой в этом кошмаре.

Наверное…

– Может, всё-таки будешь чай? – взяв себя в руки, предложила я снова.

Не хотелось окончательно при нём раскисать.

– Ммм, ну, давай! – улыбнулся Ваня, снова став беззаботным и весёлым. – По чаю-чаю-чаю и поедем!

– Угу, – угрюмо пробубнила я, отправляясь на кухню.

Как легко у него это получалось, просто поразительно!

Раз! И Ваня снова радовался жизни и смотрел на мир сквозь розовые очки. Раз! И он уже обо всём забыл, словно только что не было тяжёлого разговора и я не хотела разреветься в его рубашку.