Черновики. Тетрадь 2

Но это было блаженно.

Вот и сейчас его зубило вонзилось в нее, она заскулила, испытала зуд в паху и желание, чтобы он не останавливался, а все продолжал и продолжал. Между ног ныло, жжение нарастало, прогнулась. Уже давно не было стыда за свое поведение, а желание получить этот отвратительный и унизительный секс. Его зубило с чавканьем врывалось в нее. Кира заскулила. Ощутила надрыв, что давно не испытывала. А после стиснула зубы, боялась показать мужчине, что ей приятно, что вот-вот взорвется от оргазма. А он все продолжал и продолжал долбить.

Женщина заскулила, тело предало ее, он еще дернулся, а после почувствовал, как что-то сильное, словно удавка, обхватило его ствол и стало сжимать.

– О… – не выдержав такой муки, произнес он. – Да ты однако…

Резкий толчок, и Кира заскулила от давно забытого наслаждения.

Мужчина ушел, бросив ее растерзанное тело, а она еще долго приходила в себя.

– Милый, я не хотела, – врала себе, поднимаясь и пошатываясь, шла в ванную. – Не хотела.

Теперь Кира уже не знала, что происходит, хотела спасти семью и в то же время делала все, чтобы ее разрушить.

Однако отдать должное, дядь Егор ни разу не проговорился мужу о том, что его жена вытворяет. Она хотела этого предательского секса, не признавалась себе, что ждет мужчину, чтобы силой повалил на кровать, раздвинул ноги и стал тыкать зубилом в ее мякоть.

– Зачем это?

Мужчина защелкнул на ее запястье наручники, приковал к батарее.

– Лежи смирно, я сделаю тебе сюрприз.

– Мне пора домой, скорой он придет.

– Сегодня пятница, сын у бабушки, а за мужа не беспокойся. Полежи, отдохни, ведь еще предстоит поработать.

Кира попробовала освободиться, но он специально зажал стальные наручники так плотно, чтобы у нее пропало желание сбежать. Ближе к восьми вечера мужчина вернулся. Слышала в зале чужой голос, но не могла понять, кому он принадлежит. В висках стучало, появился страх разоблачения.

"Я все вытерплю. Все ради семьи".

Пластиковый кляп, теперь она не может закричать.

А после сплошная черная латексная маска, что закрыла ей глаза и волосы, сделав из нее невидимую женщину, у которой осталось только тело. Ошейник и поводок.

– Веди себя хорошо. Обещаю, сегодня последний день со мной, – от услышанного Кира постаралась улыбнуться, но кляп не дал этого сделать. – И перестань твердить про жертву. Какое тебе дело до фотографии, что мне удалось снять. Ты там с мужчиной под ручку. Разве ты не знала? – женщина замычала.