Отпечаток сердца. Озарение любовью

Их переложили на доски, откуда-то появившиеся рядом с пунктом, и все провожающие закурили, набитые табаком папиросы, вызывая рвотный рефлекс у стоящих рядом детей курдов.

Высокий мальчик Рамиль, грязной внешности задержался у обочины и случайно толкнул босой ногой серебряного цвета цепочку с жетоном и номером десантника, погибшего во время взрыва. Порывшись в пыли, он нашёл ещё обрывки платков и писем, залитые кровью женщин-санитарок. Рамиль собрал всё содержимое, кроме рваной ткани, включая жетон, и, повесив себе на шею, убежал в посёлок.

Его семья доедала остатки обеда, состоящего из засохшего хлеба и питьевой воды из кружек.

– Решая Афганский вопрос, мы забыли поставить точку в этой области, – едва вспоминая русские слова, проговорил майор – командир батальона по борьбе с терроризмом. Его возраст никому ни о чём не говорил. Он напрягся и выплюнул остатки вязкой махорки, застрявшей в его жёлтых зубах. – Пусть земля ему будет пухом.

Приглядевшись, все признали в этом невысоком мужчине вертолётчика десантных войск, пенсионера и профессионального вояку.

Всех убитых в тот же день доставили в порт, где погрузили на подлодку с буквой «К» вначале и вывезли в открытый океан. Подлодка встретила груз с наименьшими для себя потерями, устроив заключительные проводы своим героям.

Весь состав подразделения выстроился на палубе. Венки зарубежных государств, увитые чёрными, траурными лентами, поплыли по тёмной воде, изменяя величие и нравственность в обыденность и привычку.

Движущиеся тела, под звуки музыки, расплылись по всему пространству. Кто найдёт их трупы в далёкой стране, куда они попали не по своей воле?

Чайки, обычно сидящие на поручнях верхней и единственной палубы, встретили эти жертвы с предпочтением никогда не отлетать отсюда, благосклонно увязавшись с лодкой до самого окончания плавания и требуя всё новых и новых подношений со стороны дежурных по камбузу.

Их гортанные крики теряли свою мощь и замедлялись с появлением самолётов, у которых боевая сила превосходила в несколько раз подлодку с атомным боезарядом.

Усталость живых моряков дала понять командирам подразделений, что единственный путь следовать голосу разума – это плыть в бесконечное плавание по дороге мести и безумия. Всё остальное – безрассудный карнавал теней, костюмов, личин.

Ночные представления погибали в дневной сутолоке.