Написано лапой и хвостом. Книга вторая

Я сейчас кого-нибудь из наших приведу.

Побежал я домой, а сам по дороге думаю: эх, лошади вы лошади, до чего кроткие и благородные создания! Вам бы злости чуть и нашего, собачьего, характера – цены бы вам не было!

Но дома меня не поняли. Скулил я и выл жалостливо, пытался как-то на лапах объяснить, тянул за собой – и всё без толку. Никто не захотел за мной на другой конец деревни бежать. Эх, думаю, всего-то надо, чтобы кто-нибудь из наших Ромашку увидел. Но когда это будет?

Если кому-то плохо, если помощь нужна, собака никогда медлить не станет.

Это у нас в крови. Сомнения и поиски разумного решения – это не про собак. Поэтому я, не мешкая, назад вернулся. Даже ужинать не стал. Мельком только глянул на миску с аппетитным мясным кулешом и отвернулся…

Уже стемнело, но, к счастью, Ромашка лежала на том же самом месте. Горестно уронив голову, она мучилась от жажды. Видать, горе-хозяин совсем не в себе, раз лошадку забыл отвязать или хотя бы напоить. Сам-то наверняка напился…

Недолго думая, отгрыз я верёвку, и побрели мы к нам домой.

Ромашка еле копыта передвигала. Я её и не торопил, часто останавливались, отдыхали. В первую очередь к речушке привернули, чтобы лошадка водицы напилась.

– Ничего, Ромашка, – ласково подбадривал я, – сейчас наконец-то досыта поешь. Вкусненькое что-нибудь тебе найдём. В тепле ночевать будешь.

Семья моя сразу всё поняла. Отец, мать, Никита и Оля, и дедушка с бабушкой приняли Ромашку как родную. Ухаживать взялись, как за дитём малым.

Мама всё причитала:

– Это ж до чего лошадь довели, ох и люди! Это какое же сердце должно быть?! Что за люди! Вот Колька молодец, умница! Догадался же, привёл!

– Я же говорила, мама, Коляшка нам знаки подаёт, – сказала Оля. – А мы его не поняли.

– Я Кольку понял, – признался Никита, – но не думал, что так всё… серьёзно.

– Вот тебе урок на будущее, – сказала мама. – Колька по пустякам не дёргает. Умный пёс.

– Да уж… Ещё тот прохвост… – по-доброму усмехнулся отец.

 – У Николая, видать, цыгане в роду были, раз он лошадей крадёт… Ну, что ж, у нас конюшня как раз пустует. Я и хотел лошадь взять, когда Никита подрастёт.

– А я уже вырос. Пап, если хозяин объявится, давай её купим?

– Купим, купим. Знаю, чья это лошадь. Храпова Степана. Осенью он овдовел и совсем спился. Угробил лошадь. Эх, знал бы раньше – давно бы забрали. А теперь неизвестно, выправится иль нет.

В конюшне мягкую подстилку положили.