Театральные подмостки

Ну, ведьма, женщина-вамп! Ей и роли эдаких роковых и властных женщин втюхивали. И вот смотрю я теперь на Иру и еле узнаю. Превратилась она в милую блондинку, с трогательной улыбкой. Глаза чёрные так и остались, только они добрые какие-то, ласковые.

Эх, да любого гостя хватай, лицедея, прости Господи, – и с трудом узнаёшь. Причём перевоплощаются в мгновение ока время от времени – не успеваешь следить. Та же Зиночка Караева опять вдруг стройная и скромная стала. Как только взгрустнула, так и переменилась. Ненадолго, правда, минут пять так посидела, и, верно, ей надоело – опять растолстела.

У меня от всего этого ум за разум захлестнуло, а всё равно креплюсь, не выдаю себя. Хотя – никому вроде как до меня и дела нет. Попойка, видать, в ту стадию вошла, когда гости в компании сбиваются, группы и группки, толкуют о своём, перебивая друг дружку, а на именинника и внимания не обращают.

Красавица помреж Лиза Скосырёва подкралась ко мне сзади и навалилась на мои плечи своей огромной тугой грудью.

– Ванюш, ты почему такой скучный сидишь? Такой прекрасный праздник!.

. Тебе что, невесело?

– Очень весело… – сказал я и повернул голову. И тут с ужасом увидел, что у Лизы декольте до самого пупка… На празднество она пришла в строгом бежевом костюме, под цвет волос, минуту назад видел её в великолепном белом светском платье некой графини или княгини, какова она на картине, а теперь нелепое и несуразное платье – даже описывать неловко. У меня прямо дух захватило… от возмущения… Жена ведь рядом… Я испуганно глянул на Леру, а она равнодушно на нас с Лизой посмотрела и опять принялась что-то прагматично обсуждать с Аркашей Стылым.

Лиза – озорница ещё та! Всегда такая весёлая и живая. Любит, как говорится, включать наивную дурочку. Например, помнится, на улице к ней прицепились какие-то сектанты и для начала спросили: «Вы в Бога верите?» Лиза округлила глаза, полные недоумения и непонимания, и сама спросила: «А кто это?»

У нас все её искренне любят. Среди множества кандидатур она выбрала Володю Шалоберкина, красавца-мажора и, не буду кривить душой, талантливейшего актёра, который к тому же на пару лет её младше.

– Ну, раз Ваня недомогает, тогда я тост скажу, – поднялся Алаторцев. Все затихли, и он продолжил с кривой усмешкой: – Ну, чего уж там, долгих лет жизни желать поздно… Творческих успехов – тоже не то. Личная жизнь – так это теперича неактуально. Да, решительно снимаем с повестки дня… Даже не знаю, что и пожелать. Теряюсь.