За стеклом

Вот только как делать, – и посмотрел на меня.

– Вырывать ногти, – предположила я.

– Правильно, еще как?

– Душить, пилить, рубить, ломать руки и ноги, топить и сжигать, – вот тут-то я могла наговорить много. Читая свои исторические романы, я часто натыкалась на моменты, когда кого-то пытали или казнили.

– Да-да, и вы, Надя, безусловно правы. Но вот в чем загвоздка. Что является, по-вашему, сильнее, физическая пытка или моральная, ведь это же тоже пытка? А?

Я даже не знала, что ответить, терпеть боль трудно.

Вспомнила, как у меня в поезде заболел зуб. Это было ужасно, целых два дня мучилась, спать не могла, лекарства уже не помогали. Мне казалось, что я сойду с ума, но вот моральная боль… Она, конечно же, не так сильно давит, и от нее нет обезболивающего. Я вспомнила свою первую любовь, как страдала, а Олег молча развернулся и ушел. Это было для меня настоящей пыткой, лучше бы тогда он на меня наорал, я бы проплакалась и все. Поэтому ответила:

– Моральная боль.

– И вы опять правы. – Он захлопал в ладоши, еще немного, и он даст мне конфетку как отличному ученику.

 – Это не важно, как и кого мы мучим. Не важно, какую цель используем, не важно, как мы это делаем, а важно то, что это делаем мы все.. – И на этих словах он замолчал.

Я не совсем его поняла, как это мы все делаем. То есть мучаем, делаем больно, что он этим хотел сказать.

– Я не из таких, – твердо заявила ему.

– Да ну? – удивился он.

– Да, – так же уверенно ответила я.

– Разрешите, милая Надежда, вас спросить, только честно, согласны?

– Да.

– У вас в детстве были животные, ну, тушканчик, кошечка или корова, кто-то же был?

– Да, – настороженно ответила я ему.

– Они проказничали, так ведь, не слушались вас. Киска не хотела ложиться спать, а? – и посмотрел на меня.

Да, я вспомнила, как разозлилась на соседскую кошку только за то, что она убила мышку. Та бежала по дороге, а во рту держала мышку, она еще дергалась. Я тогда не думала о том, что для кошки это всего лишь еда, подумала, что она совершила ужасное.

И тогда я поймала ее и сильно ударила. После этого случая кошка еще очень долго хромала, а мышка все же умерла.

– Согласна, было дело, – я призналась, что сделала кошке специально больно, потому что мне так хотелось, не просто забрать мышонка, а сделать больно кошке.

– А что сейчас, не спешите. У вас есть дети? – Я кивнула головой. – Он проказничает, бывает противным, и как иногда хочется дать ему подзатыльник, чтобы научился.