Лучезарный след. Том первый

Я пребывала в совершеннейшей убеждённости, что с такими оценками в школьном свидетельстве мне прямая дорога в ПТУ-ху. Пойду, мол, выучусь на завалящего повара. Мысль о кухне претила. Чтобы любить готовить, нужно любить вкусно поесть, а я к еде равнодушна. Вид плиты, сырого мяса, грязной посуды отталкивает меня к противоположной стене, как чихающую собачку в рисованных фильмах. Ладно, можно выучиться на завалящего кого-нибудь другого. Механика или штукатура.

– Да брось ты, – кривился Милорад, выслушивая мои соображения.

 – Пора взрослеть. Уже не школа. В ПТУ-ху ты не поступишь. Из тебя никакой штукатур. Выберем высшее. Я в тебя верю. Не получится – окажешься на Доброделовском шоссе. Там таких много. Хочешь на Доброделовское шоссе? Нет? Тогда надо поступить.

Мысли об упомянутом заработке меня не посещали. Я так обалдела, услышав это от Милорада, что даже не успела спросить, откуда ему известно, что те дамы стоят именно вдоль дороги на Доброделово. Я, например, не знала.

Собеседник продолжал втолковывать:

– Едем.

Подаём документы в несколько вузов. Хорошо готовимся. Готовимся, слышишь? Хорошо! И учти, где бы ты ни оказалась, даже на другом конце страны, я тебя из поля зрения не выпущу. За тобой, Вьюжина, глаз да глаз…

– Да не пойду я на Доброделовское шоссе, – запоздало отреагировала я. – Если не получится в Великограде, всегда можно домой вернуться.

– А вот домой нельзя. Сначала надо попробовать, чтобы всё-таки со щитом, а не на нём. Про шоссе я к слову брякнул.

В Велике можно найти себе занятие. Но я же не хочу, чтобы ты, к примеру, фирменные заокеанские пуховики шила в ближайшем подвале. – Тут Милорад передразнил самую противную из наших учительниц: – «Нужно учиться, кочерыжки пустоголовые!»

И хотел дёрнуть меня за косу, только к тому времени я её уже обстригла.

– Дурак ты, Дубинин!

До сих пор не понимаю, как мне удалось поступить в Академию. Даже Милорад не помогал. Разве что верой в меня. Надо сказать, очень поддерживало.

В меня никто никогда не верил. Ни мама, ни папа, ни учителя. Для последних я вообще бельмом на глазу являлась.

Ну да. Признаю. Два по поведению.

Мы с Дубининым копались в Кружеве. Искали цель прибытия. Я ориентировалась на языкознание. С иностранными языками у меня не очень, зато с родным замечательно. И с литературой. В итоге оказались в одном конечном пункте. Великокняжеская Государственная Академия считается самым видным учебным заведением страны.