Апостол для Рафаэля. И не введи нас в искушение?!

Недовольная санитарка, лицо которой начало багроветь от жары и злости из-за того, что мы так долго, по её мнению, решаем вопрос с переливанием крови Олежке, закричала противным голосом рыночной торговки:

– Эй, мужчина, так что, вы решили, что будете делать?

«Да, решил. Для себя я всё решил», – подумал я, только это было решено не для меня одного, а для нас всех, для моей семьи, включая нерождённую Софию.

– Минутку, я иду, – вежливо ответив, я быстро поставил подпись на контракте, там, куда указал мне издатель, и, расписавшись, заметил, что запачкал контракт рукавом рубашки, который пропитался кровью сына.

– Извините, – начал было я.

– Так даже лучше, – словно про себя сказал он. – Дайте ваш номер сотового на всякий случай.

– Да, конечно. – Под своей подписью, в коричневых разводах засыхающей на бумаге крови, я написал номер телефона.

Вместе мы подошли к санитарке, и мой издатель, сообщив, что готов стать донором для Олега, направился за ней в отделение реанимации. Остановившись лишь на момент у входа в больницу, он обернулся и подмигнул мне, словно мы стали друзьями не разлей вода.

Я взглянул на часы, оставалось 15 минут, чтобы доехать до нашей квартиры, но появляться перед своей женой в таком виде было невозможно и по пути я заехал к школьному другу, который всегда был готов выручить. Один из таких друзей, о котором вы мечтаете, но всего лишь единицы могут похвастаться этим, я был одним из них.

Быстро вымывшись и наспех рассказав, утаив некоторые подробности, о том, что случилось, я пробежал две улицы до нашего дома.

В подъезде мой палец потянулся, чтобы нажать на кнопку вызова лифта, но надпись «Лифт не работает» остановила меня. Ну конечно, как же может быть иначе в такой говённый день.

Не помню, как я пролетел пять этажей нашей хрущобы, наконец, желанная дверь была передо мной. Прислонившись вспотевшей спиной к прохладной стене подъезда, я отдышался, прикрыв глаза. Звук приближавшихся шагов заставил меня прийти в себя и позвонить в дверь.

Подождав пару минут, я опять позвонил в дверь и, услышав неторопливые шаги, облегчённо вздохнул.

«Хоть с тобой всё в порядке», – скользнуло в мозгу.

Когда открылась дверь, я увидел Лизу, стоявшую в полусогнутом положении, держась руками за свой большой живот. Она часто дышала, капельки пота выступили на лбу, каштановые волосы беспорядочно рассыпались по плечам, в её тёмно-карих глазах отражалась мука и в то же время радость ожидания.

– Наконец ты здесь, – прошептала она.