Техподдержка для некроманта

Она продолжала ухмыляться, покачивая двумя взведенными арбалетами странной конструкции – болты подавались в ложе наподобие пулеметной ленты, очевидно, давая ей возможность стрелять очередями. Ещё по ленте было пристегнуто к бедрам. За спиной, над каждым плечом, холодно поблескивали серебряной отделкой рукояти катан.

Я вопросительно глянула на некроманта, потом на девицу. Но Голдот был скорее, раздосадован тем, что его прервали на самом интересном месте. И, кажется, еще немного смущён. Девица усмехнулась и нечеловечески плавным движением опустилась на траву, скрестив ноги по-турецки и кладя арбалеты по обе стороны от себя.

– Не узнаю тебя, – покачала головой она, прервав молчание первой. – Решил на старости лет с девочками по кустам пообжиматься? – она подмигнула некроманту, – Твой ушастый воспитанник тебе сто раз говорил, что это лучшее средство от хандры…

– Это не девочка, – спокойно возразил Голдот. – Это моя будущая супруга.

Сказать, что я подавилась следующим вдохом – не сказать ничего.

Я, конечно, люблю его и все такое, но мне всегда казалось, что если уж мне и предложат когда-нибудь руку, сердце и прочие органы, это будет значительно более торжественно!.. Или согласия спросят… Или предупредят, на худой конец… Хотя, если учесть мой образ жизни, смельчак в моих фантазиях точно был бы довольно древний. Чтоб ему уж точно было терять нечего.

– Ты с ума сошел?! Это же… Аррг'вия! – пока я пыталась справиться с дыханием и призвать к порядку бешено забившееся сердце, незнакомка разглядывала меня разом округлившимися глазами.

– Бывшая, – кое-как выдавила я, незаметно переключившись на мысль, где же это написано, что каждая собака, просто глянув, определяет безошибочно мою родовую принадлежность.

– Ого! – в голосе блондинки прибавилось уважения. – И чья? Кто у нас нынче Хозяин? Я очень давно не была дома, – пояснила она.

– Один вредный остроухий алкоголик… – ехидно начал маг Смерти, которому испортили вечер.

Договорить он не успел – ночная гостья поперхнулась и закашлялась.

По лицу некроманта было видно, что он доволен этой маленькой местью.

– Рина, это Вациния, Витис-Идая, лесная нимфа, – представил он ее, пока она ничего не могла возразить в силу объективных причин. – Она периодически испытывает нежные чувства к нашему общему другу.

Так вот в чем дело! Ну Дан, зараза остроухая! Что-то подсказывало мне, что белобрысый прелестник оставил нас так "вовремя" совсем неспроста.