Найти и потерять …

– Брала, … брала, я сама видела, хозяйка, – начала врать девица из прислуги.

Это была Хлоя. Она хотела быть на моём месте, на кухне, а получилось, что её отправили в прачки, но её не покидала надежда.

– Если ты сейчас не расскажешь, тебя накажут, за воровство. Будут бить плетью. – Мой муж мастер в этом деле, – сказала Кая.

– Поверьте мне, госпожа, я не брала.

– Она на рынок собралась, хотела продать краденое, – не унималась девица.

– Это правда? – Кая начинала злиться.

– Да, мы с Даяной собирались на рынок.

Я хотела ей просто помочь.

Хакан осмотрел мои вещи, комнату, приподнял матрас, … ничего не было.

– Она всё спрятала. Что ж она глупая, чтоб сюда всё тянуть, надо искать где-нибудь во дворе, – предположила Хлоя.

Я даже сказать ничего не могла. От неожиданности, от обиды тряслись руки, как у настоящей воровки, разболелась голова. Мне приказали одеваться и спускаться вниз. На лестнице я столкнулась с Даяной, вид у неё был обеспокоенный.

– Тиона, я тебе верю, не уберегла, хоть и догадывалась.

– Я не брала.

– Верю тебе девочка, верю.

Внизу меня встретила толпа людей.

– Ну что ж, раз мы ничего не нашли, … попробуем по-другому разговорить нашу воровку, – сказал Рагнар. – Во двор её, … к столбу. Хакан, … десять плетей…

Я не знала, что сейчас будет, что всё это значит, я просто ничего не понимала. В толпе мелькнуло лицо Даяны, с отпечатком ужаса. Крепкие мужики из прислуги схватили меня под руки и поволокли на улицу.

– Если хочешь, чтобы твоя прислуга вела себя безукоризненно, даже в твоё отсутствие, надо не жалеть ни сил, ни времени, – гордо воскликнула Кая.

– Ты забыла сказать, дорогая, … и не жалеть плети, – засмеялся Рагнар.

Хоть на улице и лежал снег, мне не было холодно. Без обуви, в одном тонком платье меня привязали лицом к столбу, который стоял за домом. Он весь был пропитан кровью и стал тёмно-коричневого цвета. Связанные кисти рук подтянули веревкой вверх. Ноги привязали к кольцам, торчавшим в земле. Я пробовала вырываться, это были бесполезные попытки.

Верёвки держали крепко. Моё платье разорвали так, что я оказалась нагая, … перед всей этой толпой. Стыд, который я испытала, заставлял меня спрятаться, провалиться, … но это невозможно. Как бы мне хотелось иметь каменное сердце, чтобы не чувствовать ни обиду, ни боль, ни разочарование. За спиной: ликование, восторг, эйфория толпы. Как же это ужасно. Всю эту несправедливость я должна была лицезреть.

– Начинай, – крикнула Кая.