Краснознаменный отряд Её Императорского Высочества Великой Княжны Анастасии полка (солдатская сказка)

Она находилась в коморке у швейцара, смеялась его шутке:

– Вы так много сделали для меня, Йозеф. Мне неловко обременять вас еще одной просьбой.

– Какие неприятности, дорогая фрау. Кто тут говорит о неприятностях?

Доктор повел ее домой:

– Нельзя меня так пугать.

Валерия таинственно улыбалась. Он никак не мог привыкнуть к мысли, что эта женщина с лицом белее мела – его жена. Пришла горничная и помогла умыться, подкрасила ей губы и подрумянила щеки. Окно, ослепленное закатом, являло торжественную картину в раме, соответствующую настроению этого момента.

– Дай мне газету, – попросила жена и, принюхавшись, уловила аромат духов: – Мерзавец!

– Какая-то дама забыла в кафе, где мы встречались с Фишером, – ответил он, даже не стараясь быть правдоподобным.

– Та женщина в кафе. У тебя с ней что-то есть?

Не иначе, София наябедничала.

– Нет, это жена моего друга. Я встретил ее случайно. Вот купил нам пирожные на праздник.

Лера отвернулась. Ей нельзя пирожных.

– Хотя бы понюхай.

Она зажала уши, чтобы его не слышать, начала молиться, потом прервалась:

– Отправь их обратно. Я все равно не могу есть. Это просто ужасно, я всех обременяю. Зачем мы сюда приехали? Ты не думаешь, Коля, что мы прокляты? Сначала моя болезнь, потом война!

Истерика жены исчерпала его терпение.

– Прости, но я голоден.

– Возьми яблоко, мне приятно смотреть как ты ешь. Я бы тоже хотела, но не могу.

Она вернулась к своему занятию, перебиранию одежды и всякой ерунды.

За полгода, проведенные в Европе, они обзавелись лишним имуществом, которые не стоило везти домой. Это копание лишило ее сил, и она откинулась на подушку. Крашеная в коричневый цвет кровать с вырезанным сердечком посередине стала её пристанищем. Сам доктор спал на кожаном диване, так плотно набитом конским волосом, что он постоянно с него скатывался.

Белое белье казалось желтым от пятен, которые оставляло её немощное тело. Ей принесли букет роз, который отгонял неприятный запах, но Валерия жаловалась, что аромат вызывает у нее головокружение.

Впрочем, она чувствовала себя слишком слабой, чтобы сердиться. Память подводила её, и она сразу забывала обиды.

Когда жена заснула, он ненадолго забылся, но сон не принес ему облегчения. Пробудился он от щелчка. Кто-то взвел курок и теперь приближался к нему. Он явственно видел перед собой дуло пистолета.

Нет, это стукнула дверь. Оказалось, это заглянул консьерж:

– Приходил Мартин, представился мне.