Звезда Гаада

И, может, где-нибудь в пути очарую своим искусством какого-нибудь принца! Ах, мечты, мечты! Но если местных менестрелей да болтунов послушать – и за искусство принцы да короли в девушек бедных влюблялись. Хотя, конечно, женщина в искусстве – это здесь в редкость было. Но если я, обычная самая девица… и вдруг принц! Мм…

Хотя, спустя время, ещё больше наслушавшись о всяких разных принцах, я как-то поиспугалась мысли, что вот бы на меня счастье их любви навалилось. Они могли быть толстые, старые, с гнилыми зубами. Да и девок могли да жён чужих зажимать, когда им вздумается, а те не могли даже отбиться.

Говорили, одна в другом городе отбилась от короля на охоте, так её потом повесили. И, обсуждающие это событие двухлетней, кажись, давности, даже осуждали её. Мол, так ей, хамке, и надо.

Нет, хорошо, что я пришла в город, где в основном собирались ремесленники! Здесь ежели чего-то умеешь – не пропадёшь. Даже если ты – женщина. Даже если девка ещё незамужняя. И знати почти не водилось.

Всё-таки, не подвело меня неведомое божество.

Если те насекомые действительно были подсказкой о пути. Но, впрочем, бесплатный сыр бывает только в мышеловке. И от мыслей, что однажды этот бог, Творец и кто-то там ещё придёт по мою душу, да чего-то стребует, сжималось напугано сердце.

В этом мире моё сердце почему-то вело себя как здоровое. Поначалу мне было очень не по себе, а потом привыкла. Одно время радовалась своему выздоровлению, потом загрустила: кто поручится, что в моём мире я тоже буду такой? Вот привыкну быть здоровой, вернусь в родной мир – и вдруг всё сначала?

Если я вообще когда-нибудь ещё раз переступлю порог моей квартиры.

Вдруг я помру здесь – и обратно уже не вернусь? Так что лучше не лезть на рожон.

К тому же, стала выяснять, куда же это меня занесло. Осторожно, чтобы не приняли за чужую. Быть может, выяснила бы намного больше, спрашивая иначе. Вот только влипать в неприятности мне не хотелось. Впрочем, мне даже от моих скромных открытий стало жутко.

В этой стране – утверждали, что и во всём мире – все от мала до велика знали, что Гаад – главный среди неких чёрных хранителей, какой-то там Старейшина.

Сложно сказать, в чём его не обвиняли: Гаад был виноват и в подгоревшем пироге, и в недопитой бутылке, выроненной пьянчугой, едва стоящим на ногах, и в эпидемиях, и в стихийных бедствиях, и в войнах. По всеобщему мнению, он был мировым злом или же его повелителем. Или демоном. Тут такого словечка не было, но по описаниям Гаад подходил.