Источник и молния

Источник и молния

Елена Евгеньевна Тимохина

Мудрецу хватает знаний, чтобы понять происходящее, но нет сил, чтобы обернуть ситуацию в свою пользу. Власть принадлежит пустым людям, мундепам. Лишь дети с романтической душой робко настаивают, чтобы попробовать себя в этой жизни.

Елена Тимохина

Источник и молния

Автор хотел бы выразить глубочайшую признательность следующим лицам, без помощи которых всё это так и осталось бы пустой мечтой и кучей бревен: старосте деревни, в прошлом преподавателю районного вуза, и ее супруге, мастерице-садоводу, деревенскому экономисту и её мужу, доке в юриспруденции и разведении кур, самоучкам плотникам, механикам и прикольным дядькам, не побоявшиеся набить мозолей в реорганизации системы, а также их детям – все они не имели специальных познаний в оборудовании источников, но успешно применили их на практике.

Эти люди достойны, чтобы их помнили.

Утром старик поднялся с больной головой. Он достал из холодильника пузырек, остро пахнувший лекарством, и щедро плеснул в рюмку элеутерококка.

Выпущенный в организм заряд бодрости расплескался по желудку, давая организму возможность продержаться до обеда.

А еще через полчаса его решимость окрепла, и он точно знал, что будет делать сегодня.

С той же решимостью много лет назад его бабка, выглянув в окно, увидела продотряд, приехавший раскулачивать деревню. Похожее уже происходило в соседнем селе. Помня опыт соседей, жители деревне ожидали карательной экспедиции. Они знали, что их отправят в голодную степь без продуктов и теплых вещей, а жилье велят строить в чистом поле.

Дети при такой жизни умирали сразу, а их у бабки было семеро.

Уж лучше бы убивали сразу.

Мужчин к тому времени извели, но у нее оставалась мужнина винтовка, и она приняла стойку, упершись ногой в стену, чтобы не сбиться с цели при отдаче.

Выпущенный ею заряд положил одного сразу, а второго – на бегу. Каратель думал спастись и уйти огородами. Со стороны узенькой улочки, ведущей к вишневым садам, по целям работали другие.

Бабка вспоминала, что она тогда щедро отмерила огня.

После того, как пороховой дым расплескался по деревне, односельчане выволокли узлы, приготовленные загодя, погрузили их на подводы и ушли в лес.

Бабка никогда не сетовала на жизнь, говорила, что перенесенные испытания закалили в ней стойкость.

…Старик приподнялся, по привычке упираясь в то место стены, которое еще хранило отпечаток бабкиного башмака, и покряхтев, встал.