Ловушка для мотыльков

Она из вежливости взяла одно печенье и поблагодарила:

– Действительно рассыпчатое. Спасибо, я наелась. И за шампанское тоже спасибо.

Лена осталась разговаривать с Бронштейн, ей явно хотелось обсудить детали.

– Откуда Павел её только взял? – удивлялась Людмила Яковлевна.

Члены съёмочной группы обычно знакомились в студиях, где снимали еду и маргинальных рок-звезд из прошлого. Все они забиты знакомыми и туристами, отчего смена казалась слишком долгой, музыка – громкой, а юпитеры так и слепили глаза.

– Из Интернета. Пришлось брать то, что осталось. Скорее всего дилетантка, но хороша. В кадре нужны её позы и немного перемещений. Прошу не затягивай! – Лена торопилась.

Потребовалось больше часа, чтобы в плотном потоке съёмок выкроить время на этот короткий разговор.

На знакомство, ухаживание и соблазнение у Сани оставалось минимум времени. Он торопился получить информацию.

– Считаешь, она недоразвита? – спросил он.

Лена не стала лукавить: Саню она знала, с ним можно поделиться.

– Вроде того. И глупа, про деньги даже не спросила. Учти, не без вредных привычек. Ей надо занять пальцы, поэтому она постоянно плетёт косичку из волос или из нитки, которую выдергивает из рукава. Все, мне пора. Позаботься о ней.

Лена убежала, ей требовалась квартира для фотосъёмки журнала Esquire. Она искала квартиру в красных или розовых тонах, обязательно с ванной.

В тот вечер Мила почивала на лаврах и выслушивала предложения. Ей обещали благодарности всякие на разных страницах и ссылку, если она вдруг в этом заинтересована. Ну или денег, но не миллионы. Всем требовалась модель максимальной ванильности, прямо до тошниловки для сладкого видео в духе попсового клипа про любовь.

– Будете с ними сотрудничать, подписывайте договор заранее и т.д. Передумать за день до съёмок это в их манере, – предупредил Милу молодой человек.

– А вы кто? – спросила она.

– Здравствуй, ты меня не помнишь? Я нанимал тебя на работу, – мужчина приподнял шляпу. – Павел Ким-Логут. Мы вроде как переписывались в интернете?

– Не знаю.

– Тебя зовут Мила, и ты не пьешь чая и кофе. Других отличительных примет нет.

– Нет, я ворона, которая выпила бы вина. – Мила расхохоталась от собственной шутки.

Сквозь каменные деревья-башни был виден водоем, где сидели две утки, но по одному её слову они стали воронами.