Литвинка. Книга 1

Те из полков, которые должны ударить с тылов, строятся за спинами тех, кто начинает сражение, и выступают только по моему сигналу!

После того, как бояре начали расходиться, Дмитрий одним движением слетел с седла и подошел к уже спешившемуся князю Михаилу Ярославичу, рядом с которым остановился и его младший сын – брат Дмитрия, князь Александр. Дмитрий по очереди в молчании крепко обнял сначала отца, потом младшего брата. Затем князь Михаил Ярославич приобнял за плечи обоих сыновей и пытливо заглянул каждому в лицо.

– Если мы победим – это будет чудо, воля Божья! – хриплым от волнения голосом сказал он. – Спаси нас Бог, дети мои!

– Мы победим! – воскликнул княжич Александр, высокий, светловолосый, с красивым, породистым, как у всех тверских князей лицом. – Митя всегда побеждает! Я в него верю!

– Увидимся после битвы! – усмехнувшись его легкомыслию, сказал Дмитрий, обращаясь к отцу. – И, как говорят наши святые отцы – С Богом!

– Помни о том, что я велел! – хлопнув сына по плечу, строго произнес Михаил Ярославич.

 – В случае победы Юрия немедленно отступай в Тверь. Закрывай ворота и держи осаду до тех пор, пока он не отступит от Твери. Новый кремль я в этом году успел отстроить. Осаду он выдержит. А потом – в Орду. К Тайдуле. Помни, Узбек хотел выдать Кончаку за тебя. Он о тебе слышал. Используй любой шанс, чтобы спасти Тверь! Обещай мне!

– Обещаю!

Глава 8. Бортенево

    Поле у Бортенева,

    Тверское княжество,

    земли Северо-Восточной Руси,

    22 декабря 1317 г

К полудню следующего дня Дмитрий, наблюдая за битвой с холма под деревней Бортенево, с удовлетворением заметил, что Юрий Данилович повел себя весьма предсказуемо.

Когда тверская конница князя Михаила Ярославича, сражавшегося под своим стягом с изображением Спаса Великого, начала ложное отступление, Юрий поспешил преследовать ее с пылом и энтузиазмом полного дилетанта в военном деле. Он даже послал гонца в стан Кавгадыя, благоразумно наблюдавшего за битвой со стороны, предлагая ему разделить его быструю победу.

Опытный в боях Кавгадый не спешил, внимательно приглядываясь к ходу сражения. Он никак не мог понять, что же такого совершил этот московский князь-авантюрист, что заставило отступить сильную тверскую конницу. Этот вопрос беспокоил его, заставляя медлить вступать в сражение. Но со стороны даже его опытному глазу казалось, что победа Юрия уже предрешена.