Охота на вампиров

Вот их и собирали прозаические эксперты в качестве следов микроналожений, говоривших о контактном взаимодействии с одеждой другого человека или с каким-нибудь другим предметом; убедившись в наличии таких микроналожений, они собирали их, проводя по ткани срезом чистой губки, потом рассортировывали, измеряли и описывали каждую волосинку и доказывали, что с потерпевшим в черном пиджаке боролся нападавший в желтом свитере.

Криминалист передал Георгию Георгиевичу свечной огарок, чтобы тот его пристроил стационарно, на прежнее место – на углу секционного стола, откинул овальную пластмассовую крышку футляра лампы, раскрутил шнур и подключил лампу к аккумулятору.

Большая синяя лампочка тут же отбросила на секционную загадочный блик, сделав помещение еще более похожим на склеп.

Мы переглянулись; наши лица в синем свете выглядели очень непривычно. Георгий Георгиевич принял из рук криминалиста лампу и направил ее на мертвеца, лежавшего на столе. Глаза у того были приоткрыты, рот оскален, и мы увидели, что нос трупа, его торчащие зубы и, что самое удивительное, зрачки глаз тихо засветились в темноте красным.

Доктор даже конвульсивно отдернул руку с лампой.

– Такого я еще не видел, – еле слышно пробормотал он.

– А что это значит, доктор? – я превозмогла себя и заставила рассмотреть мерцающий красным труп как следует.

– Не знаю, – покачал головой Георгий Георгиевич, – не знаю. Наука здесь бессильна…

– Надеюсь, это шутка? – уточнила я.

– А кровь-то есть? – тихо спросил криминалист, пытающийся что-то разглядеть из-за наших спин.

Хороший вопрос, подумала я и наклонилась к трупу. Завороженная красным светящимся оскалом покойника, я с трудом заметила на зубах и деснах вокруг клыков темные островки пятен, не издающих свечения.

– Да, похоже, это кровь, – подтвердил мои догадки доктор; синяя лампа в его руке слегка дрожала. – Смывы брать?

– Конечно!

С оглушительным треском хлопнула от сквозняка фрамуга высокого окна, форточка ударилась о стену, на пол с каким-то нездешним звоном посыпались осколки стекла.

Тут же в дыру в стекле надуло мокрого снега.

От порыва ветра очнулся санитар, с олимпийским спокойствием облокотившийся на изголовье одра:

– У, вампирюга! Зенки залил! – Непонятно, кого он имел в виду – себя или покойника. – Вон там, в коридоре, невинные жертвы валяются, его работа.

Я потребовала разъяснений, и санитар охотно разъяснил:

– Привезли с ним вместе обескровленный труп.