Апрельское, или Секрет забытого письма

Я сочувствующе покивала, задумчиво гладя заснувшую козочку.

– А сама-то ты что не замужем? – спросила вдруг Симона Павловна.

Тогда я и рассказала ей о предсказании почти десятилетней давности.

– Человек верит в то, во что хочет верить… – задумчиво изрекла старушка. – Она тебя настроила на неудачу. Иначе, зачем ей было тебе это кричать вслед, подумай? Могла бы просто мысленно пожелать, наколдовать. Но ведь нет же. Надо было, чтоб ты услышала, и слова её врезались глубоко в мозги. Цыгане насквозь видят людей.

Чего ещё может желать молодая девушка, как не хорошего мужа и детей? Она надеялась, что ты испугаешься остаться без всего этого и отдашь ей деньги. Если верующая – сходи в храм, поговори с батюшкой, закажи молебен за здравие своё и этой цыганки, помолись за начало новых дел. Самое главное – выкинь эти мысли из головы, думай только о хорошем, и всё у тебя получится. Твоя судьба точно не от цыганки зависит, поверь.

– А про церковь я что-то и не подумала, если честно. Спасибо за совет.

Надо сходить, может спокойнее будет, – согласилась я.

Какая красивая церковь в Апрельском, я хорошо помнила. И где она расположена. Мне её Максим показывал. К слову, там же можно и об истории посёлка узнать. И ещё о многом, что меня волновало. Эта женщина, писавшая письма, могла ходить исповедоваться. Хоть и было это очень давно, и батюшки того, вероятно, нет уже в живых. А ещё тайна исповеди… Да и действовала ли здесь церковь после войны?

– Цыгане, неизвестно почему, практически все обладают гипнозом, и очень многие люди после общения с ними даже лица вспомнить не могут, – рассуждала Симона Павловна.

 – Их проницательность и интуиция шлифовались тысячелетиями.

Как-то не вышло у меня направить разговор в нужное русло. С этими предсказаниями обо всём забыла. Но мы обязательно ещё поговорим. Симона Павловна звала меня в гости и обещала угостить парным козьим молоком.

Кстати, однажды во время одной из прогулок я спросила у Максима, верит ли он в цыганские пророчества и гадания.

Но тот лишь посмеялся.

– Всё это балаган и развод на деньги. Меня гадалки стороной обходят. Не выносят моих чёрных глаз.

– Да ты сам на цыгана похож, – заметила тогда я. – Может, чувствуют своего.

На это он ничего не ответил.

Пролетела ещё одна неделя, в течение которой мы ни разу не пересеклись. Снова приезжала мама. Письма я отложила до лучших времён. Сейчас делала всё на автомате. Почти ни с кем не общалась. Только работа, дом и кот.