Дом в конце сиреневой аллеи

Ольга закатила глаза. А он от такой её реакции почувствовал неловкость. Ему эта шутка сначала показалась очень даже остроумной.

При свете фонаря Орлов ещё раз осмотрел дом. Потом занимался тем, что листал книги. Он с детства любил книги. Трогать, листать, перечитывать. Сейчас было интересно, что же читали в таких заброшенных и мистических местах много лет назад. А ещё в книгах можно найти важное для владельца дома: фотографии, письма, записки. Правда, он ничего подобного не обнаружил.

Грустно осознавать, что в этом доме когда-то жил человек, настоящий, со своими чувствами, желаниями, мечтами.

Каждая вещь была ему нужна, дом был уютным, в нём кипела жизнь. А теперь есть лишь фотографии, часы, иконки, даже одежда в шкафу на плечиках… Но этим вещам остаётся только бесхозно лежать. Им уже некого ждать. Хозяин больше никогда не придёт за ними. Всё кануло в Лету. Остались другие люди, другие дома, а тех, что жили тут, как будто и не было никогда. Глядя на всё это, понимаешь, насколько жизнь человека коротка, насколько он «мелкий» по сравнению с миром.

Ольга, перед тем как уйти спать в машину, несколько раз переспросила, не боится ли он оставаться в доме один. Вечером полумрак особенно сгустился. В тишине казалось, что половицы под ногами скрипят слишком громко. А тут ещё и дождь барабанит по крыше так, словно кто-то стучит в двери.

Сергей был не из пугливых. Хотя даже если бы и боялся, не признаваться же в таком женщине, к которой испытываешь влечение.

В целом он провёл довольно спокойную и даже почти комфортную ночь.

На следующий день молодая женщина снова приняла суровый вид.

– Доброе утро. И прости за вчерашнее, – пробурчал Сергей.

– Ничего. Скажи ещё спасибо, что пощёчину не влепила.

– Спасибо, – виновато бросил он.

– Ну как? Привидения спать не мешали?

Видно, волновалась всё-таки.

– Нет, – ответил Орлов. – Эх, со мной вообще никогда ничего не происходило. А мне всегда хотелось мистики в своей жизни.

Хотя бы один разочек!

Ольга посмотрела на него как-то странно.

– Не стоит с таким шутить, – заметила она. – Я, например, уверена – что-то есть, кроме нас…

Сергей посерьёзнел.

– На самом деле это вообще не страшно в сравнении с тем, как бывает, – стоишь в операционной, а перед тобой на столе девчонка лет семнадцати. Привезли по скорой, ты сонный и со страшной головной болью. А тут преэклампсия, срок тридцать две недели всего.