Горький грильяж

Но это её не остановило. Страх придавал сил и притуплял боль. Добежав, схватилась за ограждение, успела посмотреть вниз, где всё бурлило кипенно-белыми барашками. Но в следующий миг кто-то подхватил её сзади, и она беспомощно повисла в воздухе. Девушка что есть силы принялась вырываться, заколотила ногами, норовя побольнее задеть того, кто посмел так бесцеремонно к ней прикоснуться. Однако, к её ужасу, все усилия оказались тщетны, как если бы мышка пыталась вырваться из лап огромного кота. Её ловко перекинули через плечо, и вот она уже висит вниз головой, почти уткнувшись лицом в широкую мужскую спину.

От её обидчика пахло как-то необычно и безумно приятно. Это был деликатный, бархатистый аромат восточных благовоний. В нос ей первыми ударили нотки тёплой, чувственной амбры с оттенком мускуса. Этот запах напомнил сладковатый аромат свежих морских водорослей, выброшенных на берег и нагретых солнцем. К нему примешивались нежный сандал и турецкая роза. Надо же, она всегда была уверена, что от этих мужланов может вонять только ромом и потом.

– Ну и куда вы так спешили? – услышала Марселлет низкий голос, который запомнила навсегда ещё в тот первый момент, когда оказалось на корабле. Её поймал сам капитан!

Реакцией на его слова была её очередная попытка вырваться. Пусть не думает, что она его боится! Но, похоже, Марселлет так сильно лягалась, что больно задела его коленом. Потому что Вльфсон выругался громко и грязно. Девушке таких словечек не приходилось слышать. Она страшно смутилась и даже брыкаться перестала.

А он перехватил её поудобнее, не обращая внимания на то, как она смешно барахтается, пытаясь удержаться на его плече и не соскользнуть. Должно быть, со стороны это выглядело очень нелепо.

– Хотели разбиться о волны? – продолжал Эли, уже взяв себя в руки. – Или чтоб вас рыбы сожрали? Как именно вы представляли себе свою смерть?

Он спрашивал вполне серьёзно, без насмешки. А сам нёс её назад, туда, где её всё это время держали. Марселлет ничего не отвечала, и больше не брыкалась, понимая, что это бессмысленно.

Она казалась себе до того жалкой и глупой, что хотелось разрыдаться. Вот сейчас её снова запрут там, в темноте, и она позволит себе это сделать.

– Да, капитан, усмирите там эту бунтарку, – со смехом сказал какой-то пират, наблюдая за ними.

Марселлет вздрогнула. Что он имеет в виду? Неужели ОН способен на подобное?

– Заткнись, Маркэль! – оборвал того другой член экипажа, весьма полный и представительный.