Леди предпочитают брюнетов

А ещё он случайно заметил, как поблескивает в ложбинке между её грудей золотой кулон. И как эта самая грудь вздымается, затянутая в платье. У Ивана вся кровь прилила к щекам. И к паху. Он жутко смутился и вообще перестал что-либо видеть и слышать. Стоял над ней и пялился то на волосы, то в декольте. А она не замечала. Глядела в монитор, что-то деловито поясняла.

– Это их магазины-партнёры. В каталоге обязательно нужно упомянуть, – говорила Маргарита Валерьевна. – «Светлов» – крупный завод. У них есть несколько дочерних предприятий в других городах страны.

…Мать на радостях напекла пирожков, котлет нажарила. Суетилась без конца, радовалась, что сына всего спустя месяц после устройства на работу, приобщают к важному заданию. Сама начальница его с собой в командировку берёт! Видно, ценят Ваню на новом месте, раз доверяют разработать дизайн рекламного буклета для крупного предприятия.

Иван был менее воодушевлён. Волновался и ни о чём думать не мог. Ехать завтра утром, а он понятия не имеет, что с собой надо брать в такие поездки.

На работе ни у кого не подумал спросить. А самой Маргарите Валерьевне звонить по такому глупому поводу он точно не станет. Хоть она и сказала обращаться, если возникнут вопросы.

Мать ему с собой кучу всего приготовила. И еды несколько лотков, и термос с чаем собиралась положить. А вдруг сейчас уже еду с собой не берут? Нынче что угодно можно купить по дороге. Командировочные ему выплатили. Их и надо на свои нужды тратить. Но сказать матери, чтобы ничего не готовила, язык не поворачивался.

Всё-таки впервые в жизни такое событие!

Ночь Иван и не спал толком. Так, проваливался в короткий сон, как в омут. Марго снилась. Будто она над ним склоняется близко-близко, и говорит что-то. И её дыхание на его лице, и аромат этот снова, и локоны пшеничные щёку щекочут. Вроде как всё, он опоздал. Иван вскакивает, бежит за ней. А она в машину садится и уезжает. Бежит он за этой машиной, бежит, а догнать не может. Вскинулся на кровати так, что кошка, дремавшая на подушке и щекотавшая его своим пушистым рыжим хвостом, в панике спрыгнула на пол и умчалась прочь.

К утру только снова начал засыпать, и будильник зазвонил. Встал с чумной головой, быстро, на автомате, начал собираться. После того, как умылся и чая отхлебнул, в мозгах чуть прояснилось. На улице ещё серо было, ведь только пять утра. Мать поднялась его проводить. Всё возмущалась, что толком не перекусил. А ему кусок в горло не лез от страха.