Загадка фарфоровой балерины

Настя выбрала одно из самых жутких и самозабвенно декламировала, стоя у балетного станка:

Хороша была Танюша, краше не было в селе,

Красной рюшкою по белу сарафан на подоле…

Далее, согласно словам классика, о парне, что женится на другой, о том, как скачет свадьба на телегах, о плачущей Таниной родне… Завершила она и вовсе неуместно бодрым тоном:

Алым венчиком кровинки запеклися на челе,

Хороша была Танюша, краше не было в селе.

Эта сцена сменилась другой – Анастасия оказалась в подвале ДК с тортом в руках.

Из коробки с витиеватой надписью «Верантоль» ей постоянно что-то капало на ногу, но она боялась опустить глаза и увидеть кровь.

– Привет, ты ко мне в гости? – спросила её Татьяна, появившаяся из темноты.

По лицу девушки откуда-то из-под волос сочилась тонкая алая струйка.

– Она хочет быть примой, – раздался над ухом шёпот Томы. – И ходят слухи, что у неё роман с одним влиятельным человеком.

После этого Настя проснулась. Было начало шестого. Всё внутри скрутило, как в приступе паники.

Тяжёлый осадок на душе не позволил больше сомкнуть глаз. Перед мысленным взором стояла ужасная картина – девушка с раной на виске. И в голове навязчиво крутились зловещие строки – «хороша была Танюша, краше не было в селе…»

Остальные девочки спали. Серый свет заполнял комнату. Настя рассмотрела в этой предутренней дымке Татьяну, лежавшую в постели. Та спала на животе, длинные волосы свесились с подушки почти до самого пола. На складках одеяла покоилась изящная девичья рука.

Тома отвернулась к стене. Лишь рыжие локоны тёмным пятном выделялись на подушке. Катя тихо посапывала, натянув одеяло до самого подбородка. На полочке над столом безучастно и равнодушно тикали часы.

Глава 5. Танец-предатель

Удивительно тепло для октября. Даже на крыше ранним утром. Таня посмотрела в небо – чисто, ни облачка. Павел, перекатившись со спины, подпёр рукой голову и молча глядел на девушку. Медленно провёл пальцем по контуру её губ.

Они встречались уже почти полгода. Но любил он её давно – ещё с балетной школы. Впервые он увидел Таню, когда ей было четырнадцать. Самому ему на тот момент исполнилось шестнадцать. Семья переехала в этот город, и оканчивать балетную школу ему пришлось здесь. В восемнадцать поступил в училище. А Татьяна пришла сюда только в этом году.

Он знал, что его любимая ещё невинна и ни на чём не настаивал. Да и строгое восточное воспитание играло тут весомую роль.