Заговор Высокомерных

Второй частью ордена являлась серебряная восьмилучевая звезда с помещенным в ее центральном медальоне девизом ордена «За веру и верность». Звезда носилась на левой стороне груди выше всех остальных наград. В особо торжественных случаях знак ордена носился на груди на покрытой разноцветными эмалями золотой фигурной цепи. Орден Андрея Первозванного единственный из всех российских орденов имел цепь. Всего за время существования ордена его кавалерами стали, по разным источникам, от 900 до 1100 человек», – сообщала всезнающая Википедия.

«Выходит, в сейфе у Олега хранится часть этого ордена. Но откуда у Лалина могла оказаться такая дорогая и редкая вещь?» – размышляла журналистка.

– Ваш кофе, сударыня, – прозвучал над ее головой голос супруга.

В фартуке-фраке Лалин походил на гламурного официанта. Сходства добавляла белая рубашка и строгие черные брюки, а также широкая улыбка во все тридцать два.

– Благодарю вас, – прыснула Мила, едва сдерживая смех и все-таки успев свернуть вкладку с информацией об ордене.

– Что читаешь?

– Перечитываю свой материал про Шарлеруа.

– Про кондитера? – уточнил Олег.

– Да… – сосредоточенно протянула Мила.

Теперь она на самом деле пробегала глазами готовую статью, скользя пальцем по колесику мышки.

– И что, ты все-таки надумала заниматься поисками рецепта? – с ноткой насмешки в голосе поинтересовался Олег.

Журналистка фыркнула.

– Нет, конечно! За кого ты меня принимаешь? Буду создавать видимость того, что занимаюсь этим.

– Почему?

– Он снимает свои встречи с любовницей на видео. Думаю, она об этом не знает.

– Вообще-то видеосъемка без согласия одного из участников тянет на статью, – заметил Олег. – Но ты-то почему в курсе?

– Вот что я обнаружила у него в телефоне.

Мила взяла со стола гаджет и включила запись.

– Ты что копалась в его мобильном? – пораженно уставился на нее Лалин.

– Мне же нужно было знать, как выглядит его любовница, – пожала плечами журналистка. – А фотографий там не оказалось.

– Ну ты даешь… Еще не ясно, кто из вас извращенец.

С верхнего правого ракурса были сняты мужчина, в котором без труда можно было узнать Оливье де Шарлеруа, и полуобнаженная светловолосая женщина. Он лежал на диване, а она оседлала его бедра.