Книга Эрстедов

Нэн не одобряла действия матери, но и не противилась им. Сения только вникала в происходящее, поэтому молча следовала указаниям старших, а Элиза была просто на седьмом небе от счастья, ведь в эти дни ей, наконец, разрешили нянчиться с братом.

Но все хорошее когда-нибудь кончается. Так вскоре в их дверь постучали. Катарина открыла, держа младенца на руках. Он недавно поел и теперь сладко спал в ее объятиях.

На пороге стояли церковники… преимущественно мужчины в белоснежных балахонах с вышитыми языками пламени и божественной атрибутикой церкви.

Не узнать их было сложно.

У женщины перехватило дыхание, но она не выдала своего страха, лишь удивленно моргнув пару раз.

– Раба Божия Катарина Эрстед, мы – слуги Божьи и носители правосудия и слова Его пришли сюда, потому что ты подозреваешься в колдовстве.

– Ч-что? – удивленно выпалила женщина, крепче прижав ребенка к груди.

– До нас дошли сведения о том, что ты опаивала мужей своих, а затем убивала их, питалась их плотью и купалась в их крови.

Свидетели заявляют, что не только ты это делала, но и твои дочери ведьминской крови тоже.

Катарина слушала это с замиранием сердца, затем просто-напросто упала на колени перед церковниками, продолжая прижимать сына к груди. Тот начал плакать, видимо, почувствовав тревогу матери. Нэн тут же выбежала из комнаты на крики младенца, с ужасом уставилась на людей в белом и подлетела к матери, обняв ее за плечи:

– Мама, мама…тише, поднимись, успокойся. Дай мне Демиена.

Служители как-то зашушукались и переглянулись, затем главный из них, который вещал, громогласно ответил:

– Этот младенец… Твой ребенок?

– Да…– тихо ответила Кэт, роняя слезы.

Она была очень хорошей актрисой. – Это мой сын… Сын кузнеца Смита, который умер от оспы, пока его первенец еще не родился. Спросите любого! Это мой сын! Мой единственный, долгожданный сын!

Кто-то начал шептать на ухо главному церковнику о том, что у ведьм не бывает мальчиков. Факт, казалось, был неоспорим, но церковник все равно злобно поглядывал на Катарину и Нэн.

– Я опрошу соседей еще раз… если твои слова не подтвердятся, то ты сгоришь на костре вместе со своими отпрысками.

С этими словами инквизиторы покинули порог их дома. Кэт еще долго смотрела им вслед, не замечая, как плачет маленький Демиен. Только после того, как Нэн положила руку ей на плечо, Катарина пришла в себя. Поднявшись на ноги, все еще пошатываясь, женщина молча закрыла дверь и уложила мальчика в люльку.