Тень аггела

На крыльце и остановились: фотограф должен был снять высоких гостей вместе с медперсоналом поликлиники.

Никола задвинулся за Вовку, подальше, ведь он не почетный гость, а корыстный присутствующий, и на фотографии, которая будет храниться в поликлинике не одно десятилетие, ему делать нечего.

Фотограф выбирал ракурс, люди смеялись, за ограждением стояли любопытствующие прохожие…

Мелькнула мысль, что момент затягивается, что можно было бы все это сделать быстрей. Не только можно, но просто необходимо, потому что нельзя Вовке стоять вот так, впереди всех, как будто он специально подставлял себя сплетням, взглядам, яркому блику от застекленных окон соседнего, еще незаселенного дома.

Никола рванулся вперед, к Вовке, за мгновение до того, как депутат Опенкин упал на широкие ступени крыльца. В задних рядах еще кто-то смеялся, прохожие за оградой смотрели с любопытством.

– Вовка, подожди, я же хороший врач, ты подожди! – звал Никола, пытаясь нащупать биение пульса на запрокинутой шее, не отрывая взгляда от застывших зрачков одноклассника.

Он откинул полы Вовкиного пиджака, чтоб подобраться к сердцу, и только тут увидел красное расплывающееся пятно на груди…

Никола поднялся с колен, держа руки навесу, как перед операцией, только сейчас они были не в хирургических перчатках, а в крови. Белое лицо Вовкиного охранника маячило перед ним, тот, кажется, что-то говорил, но Никола слов не слышал, как не слышал и шума вокруг, криков и истерического женского плача.

– Стреляли из строящегося дома.

Кажется, я видел блик. Примерно седьмой этаж. Может, успеете…

Он сел на ступеньку рядом с Вовкой, достал пальцами из нагрудного кармана пиджака платочек, аккуратно уложенный Аллочкой, стал оттирать кровь с ладоней.

Ему казалось: он чего-то недосмотрел, недодумал вовремя. С самого утра тяготило дурное предчувствие, нужно было проанализировать ситуацию. И что? Если преступник действительно был в доме напротив, Никола ничего бы не увидел сквозь стены – ни тени дьявольских крыльев за спиной, ни винтовки с оптическим прицелом.

И нельзя было просто так взять и сказать Вовке: «Знаешь что, не светись-ка здесь, давай быстрей уедем»…

Двор поликлиники заполнили машины – милиция, городские власти… Николу оттеснили от Вовки, он стоял в стороне, курил предложенную кем-то сигарету. Рядом возникла симпатичная худенькая докторша из новой поликлиники, тоже курила.

– Может быть, вам выпить чего-нибудь? – неуверенно предложила она. – На вас лица нет.