Большая книга ужасов 76 (сборник)

Она была сильно пожившая, скукоженная, с покосившимся потолком, в дальнем углу стояла кровать – на ней навалены одеяла. Под одеялами кто-то хрипел.

Я не понял, что это означало – можно брать книгу или нет, – но взял.

Ничего не произошло.

Чернов увидел еду, пошел есть – и исчез. Я увидел книгу, взял – и не исчез.

– Ах! – громко позвали из одеял.

Я закрыл дверь. С реальностью стоило разобраться.

– Иди, – толкнул я Мару к окну.

– Чего? – До недавнего времени такая активная, сейчас девчонка застыла.

– К окну иди. Посмотри – что видишь?

– Ничего не вижу. – Мара глядела на меня как на сумасшедшего.

– Иди!

Мара поискала Сумерника, словно он мог ее защитить. Но ему еще не пришло время возвращаться. Мара обреченно пошла, спотыкаясь на каждом шагу, пытаясь завязать шнурки на кроссовках. Долго шла. Дошла наконец.

В окно я увидел пустой стол. Интересно, что же мне показали в открытую дверь? Другую реальность?

– Славка! – прыгнула к стеклу Мара. – Славка! – забарабанила она кулачками по окну.

Вот о чем она думала! Так ведь можно и разбить.

Когда Мара рванула к крыльцу, я не стал ее удерживать. Если искать проход, то только опытным путем. Опять шарахнула дверь, крякнула стена. Нет, долго домик не продержится.

– Слаааава, – взвыла Мара.

На душе похолодело.

Представился труп, кровь и что-то еще очень страшное, о чем не успел додумать, потому что тоже рванул к крыльцу, придержал дверь рукой.

Мара сидела на коленях посреди пустой комнаты.

Метод не сработал. Я потряс головой. Пустая комната. И светлая. Не та мрачнятина, что виделась мне до этого.

– Славка! – рыдала Мара, утирая кулаком слезы. – Где ты? Мне без тебя нельзя! Меня без тебя домой не пустят! Славка!

Дальше было много бессвязных бормотаний, из которых я понял, что любимец в семье Чернов, а Мара на вторых ролях. Что без двоюродного семья вообще развалится и судьба Мары без брата незавидна. Что она бы его здесь бросила, потому что он ей надоел.

Но опять-таки – без Чернова никуда. В целом она его искренне и от всей души ненавидит и желает провалиться куда-нибудь поглубже, чтобы падал и падал до скончания века.

Я кашлянул. Слишком уж мощные были откровения. Даже мне стало жутко от очередного описания адских мук Славика.

– Пойдем, – позвал я Мару. – Еще поищем.

– Да! – вскочила девчонка. Глаза ее нехорошо блеснули. С таким взглядом Фредди Крюгер натягивает перчатку с лезвиями.