Дети страха и другие ужасные истории

Нинка набросила на нее края простыни, накидала на ноги чубушника. Взяла в руки лопату. Ссыпала землю раз. Другой.

И тут кудрявая заорала. На мгновение Нинка обреченно подумала, что мелкая врушка, обещала же молчать. А потом кудрявая начала вырываться. Вот и Пося оказался прав – дергается, еще как.

– Вы чего?

Тинтин.

– Совсем обалдел? – накинулась на него Нинка. Наверное, из-за шуршания земли о лопату она не услышала его шагов. – А ты заткнись, а то вообще кривой останешься!

Кудрявая всхлипнула и обиженно уставилась на Тинтина:

– А чего он?

– Тебя не звали! – вплотную подошла к нему Нинка.

– Ты ненормальная? – яростно зашептал ей в глаза Тинтин. – Ты же ее убьешь!

– Убирайся! Ты мне не нужен, урод хохлатый!

Оскорбление Тинтин пропустил. Чуть склонившись, он смотрел на Нинку. Глаза его бегали, губы он поджимал, придумывая и меняя начало предложения. Там наверняка были и ругань, и пожелания, и угрозы. Но сказал он другое.

– А я за лопатой пришел! – прошипел он. – Мне ее отдать нужно!

– Потом отдашь!

– Сейчас! – Он все решил.

Нинка взбесилась. До белизны перед глазами. Как же она ненавидела сейчас Тинтина. Вот он стоял, смотрел на нее и мешал. Он только и мог, что мешать!

– Подавись своей лопатой!

Нинка перекинула черенок лопаты ему в руку. От безысходности, от того, что ничего не получается, что ей вечно устраивают проблемы, что постоянно находятся умники, говорящие свое, что развлечения всегда портят вот такие типы с хохолками, она пошла прочь, возмущенно взмахивая руками.

Она слышала, как Тинтин несколько раз всадил лопату в землю. А потом опять заорала кудрявая. Может, ее, и правда, сначала надо было убить?

Нинка продолжала идти. Пусть хоть изорутся там. Кудрявая замолчала. Наступила тишина. Это даже интересно. Нинка обернулась.

Под дубом стояла Лана, вожатая с приятным круглым именем. Лицо у нее было уже даже не зверское. Она была бледна, глаза в пол-лица, а другую половину лица занимал рот. Он был распахнут. Лана, вероятно, тоже орала, но Нинка ее почему-то не слышала.

Рядом с Ланой стояло несколько мелких, а в стороне Пося с мрачностью во взоре. Нет, не мрачностью. Постная у него была морда.

– Идиот! – наконец внятно произнесла Лана, подошла и занесла кулак над Тинтином.

Нинка фыркнула, попыталась сдержаться, но все же засмеялась в голос. От хохота, от осознания всего произошедшего, она упала на колени и стала биться лбом о землю. Вот теперь ей было весело. Очень весело.